Шрифт:
Я попятилась от места, где ощущала это. Парень медленно вышел из–за ветвей. Он поднял руки в воздух, показывая, что пришел с миром. Темные волосы свисали на его лицо, он хитро улыбался, и я знала, что о мире он точно не думал.
– Ист, – предупредила я, пятясь, а он приближался.
– Аманда, – Ист не опускал руки. – Тише. Просто послушай меня, – я увидела шрамы на его ладонях. Я в тот раз их не заметила.
– Послушать? – рявкнула я. – Ты – враг.
– Думала об исправлении? – фыркнул Ист. – Нет? Шучу, прости, – он не старался убрать волосы с лица.
Разум говорил мне бежать, но тело хотело остаться. И я стояла, размышляя.
– Что ты тут делаешь?
– Я хотел бы сказать, что решил поухаживать за девушкой, но я вызываю отвращение.
– Маратака учил тебя шутить, или это твои творения?
Он коснулся груди.
– Ай. До боли. Я дам тебе нож, если захочешь снова ранить меня в сердце.
– Я пытаюсь быть серьезной, – рявкнула я.
– Прости, но я не могу быть серьезным. Я стараюсь так сильно, поверь.
– И с чего мне тебе верить?
Ист вытянул руки.
– Потому что мы в раю. Посмотри на это место. Оно роскошно. Как я могу врать в таком священном месте?
– Твой сарказм неприятен.
Он подошел ко мне.
– Это был не сарказм, милая. Я пробыл в гадкой лаборатории год, а до этого был в Аду. Так что тут для меня Рай, – он указал на землю.
И я верила ему. Правда в его эмоциях почти очаровывала. Я огляделась, увидела, как солнце проникало меж ветвей деревьев. Он не ошибался, тут было красиво.
Я посмотрела на него.
– Я не должна тебе верить. Ты – часть Величия.
Он протянул руку.
– И я рад знакомству, – я не подошла к нему, чтобы пожать ее, и он продолжил. – Питер Ист, двадцать три года, два метра, родился в Аду, нанят Величием, пока бездомный. Теперь ты.
Я скрипнула зубами.
– Аманда Челси, собираюсь побить тебя.
Ист улыбнулся.
– О, посмотрим, – он рассмеялся и покачал головой. – Мне нужно, чтобы ты доверяла мне.
– Этого не будет.
– Ловлю на слове.
Я пронзила его взглядом.
– Ты ничего не можешь сказать или сделать, чтобы я поверила тебе. Я должна уже тебя убить.
Он раскинул руки.
– Вперед. Ты избавишь меня от проблем с поиском ночлега, – он смотрел на небо и ждал. Прошел долгий миг. – Давай. Руки устали.
Я закатила глаза.
– Чего ты хочешь?
Он опустил руки.
– Уйти.
Я нахмурилась, не ожидая этого ответа.
– Что?
Он вздохнул и сел на большой пень.
– Никто не говорил мне, что такое – служба «Великому и ужасному существу», – он показал кавычки, когти, а потом зарычал. – Шутки в сторону, – сказал он, пытаясь стать серьезнее. – Я ненавижу его. Я не пресмыкаюсь, – он посмотрел в небо. – Мне нравится считать себя свободным духом, способным делать все, что я захочу, когда захочу. А с Маратакой времени на себя нет. Где веселье?
Я не могла поверить в его слова.
– Какое мне дело до твоих чувств к твоему создателю?
Он спрыгнул с пня и пошел ко мне. Я была так любопытна, что почти не отпрянула.
– Дело вот в чем, – сказал честно Ист. – Я не хочу убивать тебя, Аманда. Я хочу жить, не думая, что вот–вот умру. Я хочу жить без бремени, – его взгляд стал серьезным. – Ты должна знать это ощущение.
– Это невозможная цель, – сказала я. – И ты пытался убить Финли. Я не могу помочь тебе получить то, чего у меня нет.
Ист рассмеялся.
– Челси никогда не были эгоистами, ясно, – он кивнул. – И я не пытался убить Финли. Моей работой было следить за ней, а ее – следить за мной. Я боялся, что она удержит меня, мне пришлось действовать, – его эмоции не дрогнули, может – может – он говорил правду. – Я не хотел ранить ее, – он звучал искренне.
Ист шагнул вперед. Я попятилась, и он вздохнул.
– Я понимаю твои сомнения. Да. Я бы тоже не доверял себе, – он смотрел на меня. – Я не прошу тебя выйти за меня, Аманда. Я даже не прошу полюбить меня. Я хочу лишь, чтобы мы работали вместе против Маратаки. Я пытаюсь сказать, что я на твоей стороне.
– Слова – пустяки в общей схеме вещей, – сказала я Исту. – Докажи, что не верен ему.
Ист покачал головой.
– Зачем, если мы можем использовать это как наше преимущество? Я буду крысой для твоей стороны.
– Хорошо, – я могла подыграть. – Тогда расскажи секрет, который я не должна знать.
Ист снова сел на пень.
– Ладно, – сказал он. – Может, такое? Ты замечала недавно кое–что необычное?
– Это шутка? – сухо сказала я.
– Необычное по меркам сверхъестественного.