«Земля питает силой, и я порождение земли.

Я твой листик, и лесок, в поле каждый колосок.

Ты моя защита и опора, а я твой вечнозеленый дубовый росток, вернувшийся в землю по окончанию вечности».

Упрощенная литания сотворения «Дубовой коры» вкупе с моим «Ф» статусом позволяла за минуту уплотнить биополе настолько, что неосторожные двухранговики бы себе руки поломали за здорово живешь. Весьма занимательно было наблюдать, как вместе с окончанием чтения материализовавшийся дымок растекся из моего запястья и груди по всему телу, покрыв всю кожу тоненькой прослойкой. Забавно… А учителя глотку срывали, доказывая существование биополя и подобного, а на деле все делают фантомы.

Завершив кружок, я почувствовал себя спокойней и уверенней — дым полностью окутал тело, став теперь больше напоминать не бесформенную субстанцию, а гладкую полупрозрачную поверхность, похожую на металлическую из-за своей серости.

— Кольцов, а ты не спешил, я смотрю, — рявкнул Зангиев, на что я виновато улыбнулся. — Маха, вон, первая примчала, и всего-лишь две дыры в покрытии оставила, — хохотнул амбал, на что зеленовласка смущенно ковырнула дыру в покрытии носочком кроссовка.

— Так ведь это, шестьдесят километров в час по шоссе — куда ж мне соревноваться? — в шутку сказал я. И, почесав щеку, Зангиев еще раз глянул на смущенную девушку и вновь заржал.

— Понял-понял! Молодцом, Саня, но скорость — это не самое важное. Главное — оцени у бронетехники корпус, особенно — заднее бронирование, — подмигнул препод.

Маша издала какой-то нечленораздельный звук, повернувшись так, чтобы никто не мог глянуть на ее попку, а я вежливо кивнул на подмигивание Зангиева.

— Так, задницы обсуждать — дело благое, но у нас тут спарринг намечался, верно? Давай, Комаров, но только на кулачках, помнишь? Нечего нам тут студентов в больничку отправлять.

Рыжий услужливо рассмеялся, продолжая разминаться даже после бега. Судя по тому, что он до сих пор не наложил на себя ничего из долгих техник то он Х или С, хотя может быть просто слишком самоуверен. Пройдя в сторону от беговых дорожек, мы пробежались по зеленой травке, оставленной для рэйкболистов, и вскоре вошли в «Клетку» — такие были во всех школах. Особое строение металла и покрытие металлической клетушки позволяло глушить дистанционные атаки, уберегая наблюдателей от случайных ударов, но сама конструкция все-таки была слишком громоздкой, чтобы попытаться использовать ее, как противодействие специалистам Рэйки в реальном бою, да и против бойцов пятого ранга и выше уже действовала не так эффективно.

Заперев за нами дверь, Зангиев подбадривающе заревел, а девчата из нашей группы сгрудились вокруг. Маша смотрела на меня с надеждой и тревогой в глазах, наверняка из-за того, что уже наблюдала рыжего в деле.

Загудела активация Клетки, после чего мы с соперником вышли в центр. Куб здесь был явно рассчитан больше на выпускников, грань не больше шести метров. Пол расчерчен градуировочной линейкой для тренировки дальности ударов, стенки снабжены матами — на фоне этой несерьезной, учебной атмосферы меня неприятно удивил за мгновение всколыхнувшийся фантом рыжего, полностью окутавший его руку. Существо приняло вид зубчатого пламени, будто бы неистово пылающего и способного сжечь все вокруг — так и кажется, что можно будет услышать рев всепожирающего странного серого огня, в центре которого искрят угольками всполохи фантомных глаз.

— Погнали, ребятки! — ударив в гонг, Зангиев сложил руки на груди и удовлетворительно кивнул. Данила сделал шаг, еще один, резкий разворот — даже не рассчитывая получить удар в ответ, полностью открытый, он с наскоку собирался прописать мне удар в правое плечо. Ясно. Повредить сустав и вырубить руку с контатой не только на текущий бой, но и на недельку-другую. Сука.

Шагнув в сторону, я легонько ударил без энергии рыжего в бок, прямо в печень, и рыжий нахмурился, всем своим видом говоря: «Какого хрена ты рыпаешься?». Тут же по мне прошлась быстрая дистанционная двойка, шустрый поворот и, резко присев, рыжий молниеносно ударил энергетическим апперкотом снизу, рассчитывая пройти волной в щель между телом и выставленными мной в защите руками, а затем ударить прямо в голову. Это было уже чувствительней, и, сделав вид, что покачнулся, я заставил радостно ухмыляющегося рыжего вновь безрассудно ломануться вперед со своей фантомной атакой. Выпрямившись быстро, словно пружина, паренек задумал свинг, надеясь, что я достаточно дезориентирован, чтобы пропустить его замах.

Резкий удар в скулу рыжего кулаком — смачно, по-старинке, с рассечением кожи и быстро наливающимся будущим красивым синяком. Охнув, Данила промазал своим кулаком, оступившись и, схватившись за поврежденную кожу, удивленно посмотрел на кровь.

— До первой крови?

— Ну уж нет, зараза, — прошипел парень, после чего фантом заклубился вокруг него, теперь уже полностью закрывая тело — только в отличие от моего, эта тварь выглядела теперь уже огромным костром, полыхающим и охватывающим парня с ног до головы. Кто-то из девчонок быстро смотался от клетки, вернувшись с поддержкой, так что теперь уже не только наша группа наблюдала за боем.

— Ох, на новеньком нет ни царапины? Интересненько!

— Комарову успели заехать по роже? Вот так номер, — шептался кто-то из только что подошедших, и Данила, слыша подобное, злился все сильнее.

«Огненный рывок» — одна из немногих техник, что я успел усвоить от «конкурентов»: Данила метнулся вперед, на ходу закрываясь рукой с контатой, тем самым делая вид, словно будет блокировать что угодно, но на деле перебрасывая энергию на второй кулак. Дым полыхнул в мою сторону, и, закрывшись обеими руками, я почувствовал, как проскользил по поверхности Клетки с метр назад. Убрав руки от лица, услышал, как девчонки охнули, обнаружив, что и подобный удар мне ничуть не повредил.