«Земля питает силой, и я порождение земли.

Мои руки — продолжение гор, а кости сотканы из нерушимой породы.

Даруй мне мощь камнепада, что обрушится на топчущих тебя изгоев».

Атакующие техники при Ф статусе — такое себе удовольствие, дымок стал медленно обволакивать мои запястья, переходя постепенно на кулаки, тем самым покрывая все еще невредимую Дубовую кожу. «Наручи Антея» позволяли утяжелить удар и игнорировать вражескую защиту, но действовали только при контактном бое — техника четвертого ранга и весьма ситуативная, но, учитывая то, как этот рыжий бузяка на меня кидается, даже выгадывать момент не придется. Он так много крутится наверняка из-за того, что привык использовать в бою ноги, но честь не позволяет выйти сейчас за установленные рамки, хех.

Чертыхнувшись, Данила вновь перевел энергию в ведущую руку, вокруг которой стал концентрироваться большой клубок дыма размером с голову. Тем не менее, староста ломанулся вперед, вновь использовав Рывок, после чего сыпанул сразу серию быстрых ударов, резко развернулся и попытался ударить локтем. Пригнувшись, я прописал ему пока что не в полную силу еще один удар по печеночке, вынудив парня сбиться с ритма, но сразу после этого Данила резко подскочил и, оттолкнувшись от моей руки, оказался на полголовы выше и швырнул свой шар мне на голову, словно мяч в баскетбольную корзину.

Жжется. Кто-то взвизгнул, послышались испуганные крики. В глаза потекло что-то жаркое, наверное, кровь из рассеченной пробивающей атакой кожи головы. Радостно усмехнувшись, Данила быстрым движением руки стер выступившую из глаз алую жижу, проступившую из-за повреждения его собственных тканей самосжигающей атакой.

— Ха, я победил, — процедил сквозь зубы парень, которого я почти перестал видеть из-за алого марева. Дым вокруг моих рук всколыхнулся, закончив формирование наручей гораздо быстрее, чем я изначально рассчитывал, где-то на фоне послышался мерзкий хохот, и я с чувством прописал удар в живот охреневшему огоньку даже не сдерживаясь — кулак ненадолго окутало защищающее паренька пылающее серое пламя, а затем я влил в руку накопленную энергию, которая обычно используется для дальнобойных атак, распределив ее по площади. «Полеломка», но, раз у Данилы не было защитного поля, пришлось ему принять мой удар животом. Сложившись пополам, рыжий упал на колени, и я кое-как успел отпрыгнуть, чуть не оказавшись в полупереваренном обеде засранца.

— Вы какого хрена устроили! — заорал Зангиев, скорее для порядка, чем действительно так считая — бой уже давненько ушел за пределы двух рангов, так что сейчас об этом точно говорить было поздновато. — Кольцов, Комаров — отлично по физподготовке, неуд за дисциплину!

Хотя вокруг и были вполне закономерные возгласы отвращения, кто-то из поклонниц местной шишки с рвением заботливой мамаши бросился внутрь Клетки к валяющемуся в своей кровавой блевоте пареньку, я же привалился спиной к матам и никак не мог отдышаться. Серые сгустки дыма обволокли мою шею и туго сдавливали, не собираясь отпускать, и, читая литании, словно молитву, я стал медленно оседать на землю.

«Сдохни, МетМер! Сдохни!»

— Э, Саня, Саня?! У тебя же Ф статус, какого черта?! — с нотками испуга в голосе зашептал Зангиев, заскочив внутрь и похлопав меня по щекам. Быстро выудив из кармана карманный считыватель, амбал поднес его ко мне, и тот предупреждающе запиликал.

— Предлетальный уровень детранквилизации, вмешательство Фантома необратимо, — безразличным тоном заявила электронная девица, а я лишь попробовал что-то прохрипеть, пытаясь схватиться за сдавившие меня сгустки, но для остальных это наверняка выглядело, словно я окончательно свихнулся.

— Саша! Сашенька, а ну прекрати думать об убийствах! — упав рядом со мной на колени, Маша слегка вмяла пол, но я через секунду ощутил ее теплые ладошки на своих щеках. — Столько всего хорошего есть! Цветы, прогулки, закат… Свидания! Тортики! — быстро говорила девушка, приблизившись так близко, что я ощущал ее горячее дыхание. — Слушай только меня!

— Маха, ему уже не помочь, — начал было Зангиев, сидя рядом, но девушка лишь оттолкнула амбала, и тот шлепнулся на задницу, словно бы в нем и не было двух метров сплошного накачанного мяса.

— Еще есть чувства! Любовь спасет мир, знаешь же, Саша! Это только кажется глупостью, но я докажу, что нет, — настойчиво шептала девушка, но я вдохнул еще раз, снова… и больше не смог.

Ласковое, нежное, теплое и мягкое касание девичьих губ. Мои же похолодевшие губы, должно быть, не слишком приятны для подобного сейчас. Закрывшись своим длинным чубом, Маша осторожно нависла надо мной, продолжая долгий и очень приятный поцелуй. Вокруг тишина, или это я уже перестал слышать? Бархатные губки на миг оторвались от моих, но девушка тут же поспешно восстановила контакт, боясь меня потерять и сидя надо мной красная, как самый спелый томат.

Кусочки «Дубовой кожи», уже частично рассеявшейся за время моей нежелаемой попытки отойти в мир иной, преобразовались в небольшие черные отростки, впившиеся в щупальца, опутавшие мою шею. Резкий рывок — и лишь яркие светящиеся огнем глаза на миг сверкнули злобой, исчезая в моей груди, тогда как остатки дыма благополучно всосались в контату, после чего Фантом окончательно исчез.

— Уровень детранквилизации — нулевой, — пропел электронный голос в тишине, когда молчавший до этого Зангиев вновь подтащил ко мне считыватель.