— Хеюшки, да у нас пополнение, а? Иль турист какой? — ко мне подскочил паренек в слегка мятой форме, эмблема которого была окрашена в белый цвет — первый год. Огненно-рыжие волосы, уложенные в какой-то кошмар парикмахера, слегка нахальная рожа, но добродушный взгляд. — Ох, да не покусаю я, не молчи только!

— Да, привет. Новенький, Саня, — осторожно представился я, протянув руку, которую рыжий тут же стал радостно трясти.

— У, отлично! Хоть будет с кем пройтись, а то, как видишь, все на тачках гоняют, жопу не поднимая, а тут — тренировка, какая-никакая! — паренек сделал вид, что бежит на месте, после чего задорно рассмеялся. Правда, говорить, что у меня даже на доску с колесиками самодельную денег нет, не то что на машину, я не спешил. — Только тут по правилам лучше официально всех величать, а то какой-нибудь сноб обидится, да еще родителей позовет… Хотя мне и нравится папкино имя, — подмигнув, добавил парень. — Данила Александрович, приятно познакомиться.

— А, Александр Геннадьевич, взаимно, — вновь обменявшись рукопожатиями, я заметил, что Данила бросил быстрый взгляд на мое запястье, скрытое перчаткой, но ничего не сказал.

— Уже в курсе, куда заселили? Было бы круто, если в наш корпус, там девчонок чересчур много, я ж со всеми не справлюсь!

— Эм, корпуса общие?

— А почему бы и… ДА! А, сразу у нас понравилось еще больше? — хмыкнув, рыжий закинул руки за голову и стал с довольным видом насвистывать какую-то мелодию. — Специфика обучения такая, сам потом поймешь.

— Лады, — осторожно ответил я. — Третий корпус у меня, эм, комната пятьсот четыре.

— Э, брат, да ты счастливчик! Добро пожаловать в Иностранный Легион, йу-ху! — но, видя мое недопонимание, парень прекратил веселиться и вздохнул. — Александр Геннадьевич, в нашем корпусе больше всего иностраночек! Разве не здорово?

— Да, конечно, — вымученно улыбнувшись, я тоже постарался порадоваться. Нет, я за время обучения очень часто общался с противоположным полом… по сети. А что еще делать удаленнику-то? Ну, и не говорить же сейчас, что я никогда вживую с девушками толком не общался, не считая сестры, конечно, которую уже давно не видел. А тут еще и иностранки… Я, правда, по данному поводу не особо переживал — после ДД число мужчин неслабо так сократилось, ведь основу вооруженных сил составляли именно они, да и другим тоже досталось. И, хотя в итоге боевые искусства примерно в равной степени давались обоим полам, не считая предрасположенности к определенному элементу, так уж сложилось, что в основе всех четырех школ Рэйки были мужчины. Такое преимущество никто не хотел сразу же сливать в чужие руки, так что постепенно главы обзавелись своими собственными гаремами, чтобы подрастающее поколение осваивало премудрости из первых рук и оставляло основную силу в рамках семьи. Собственно, дядя не был в этом плане белой вороной, хотя после третьей я перестал запоминать имена его молоденьких супруг, а после пятой — и считать перестал.

В итоге и главы поднявшихся корпораций тоже подключились к общему движению, но даже так свободных девчат было немало, хотя часть теперь уже и принадлежала к элите, так что без хорошего положения уже и не подкатишь. Устроить свою жизнь через постель — была и такая у некоторых перспектива, но мне не слишком-то улыбался такой расклад, да и даже если бы на меня клюнула какая аристократка, ее папаня наверняка бы тут же кинулся копать под меня, так что на этом бы все и закончилось. А вот с обычной девушкой я был бы и не прочь замутить, но все откладывалось до более зрелого возраста, когда можно будет спокойно везде расхаживать, не ловя настороженные взгляды прохожих, опасающихся «горячей молодежи».

— Ох, ну ты и горазд задумываться, Александр Геннадьевич, сразу видно, что "Ф «статус, — вывел меня из далеко ушедших размышлений мой новый знакомый, тихонько рассмеявшись. — Ты так не переживай, они хоть и из других стран, но в большинстве своем — милейшие создания. Да и наши девчата никуда не делись, так что не нагружайся.

— А, не… Я задумался о том, почему сюда все едут с утра, а не идут из общежития… — улыбнувшись уголком рта, сказал я, уводя тему с щекотливых для меня пока что гендерных взаимоотношений.

— М-м? А, понял-понял! Да не обращай внимания, это теоретики, — раздраженно махнув рукой, сказал мне Данила, с презрительным видом проводив взглядом навороченную «Ладу Брависсимо», в которой кроме названия ничего от стареньких авто и не осталось, да и собирали их в Китае. — Не всем же в полевых операциях участвовать, есть и просто ученые, аналитики и специалисты по фантомной физике, химии и прочему… По тем же контатам целый отдельный факультет, а из преподов там учителя Рэйки со всех четырех направлений, так что и им готовят подмогу, — с удовольствием поведал мне парень.

— Да уж, для первокурсника ты неплохо так осведомлен. Но… Почему же сам идешь от выхода, а не от общежития? — прищурив один глаз, спросил я.

Однако, Данила ничуть не изменился в лице, поняв, что его раскусили, а наоборот, тихо рассмеялся.

— Ой-ей, раскусил. Да, я староста, так что тащу данные о тебе с проходной, — подняв руки вверх, словно сдается, сообщил рыжий. — Тут у нас же вроде как перспективные исследования ведутся, так что лишний раз на электронику не полагаются, вот все и на куче макулатуры… Хотя я тебе так скажу, Саша — суть все-таки в людях, копируй-не копируй, а у фантомов все индивидуально.

— Звучит серьезно, — покачав головой, я сделал серьезное лицо. — В отличниках небось?

— Ну не без этого, — скромно сообщил Данила, и к этому моменту мы как раз подошли к самому далеко расположившемуся от входа зданию. Хотя по пути, вдали от окруженной березками широкой дороги, и попадались разные постройки, среди которых были как учебные, так и жилые, да и просто магазинчики вместе со столовыми, эта смотрелась куда интереснее. Неподалеку от дороги расположилась парковка, на данный момент забитая техникой не на один миллион рублей, но самих студентов практически не было видно, лишь небольшая группка столпилась у трехэтажного здания какой-то кафедры — она расположилась как раз неподалеку от общежития, казавшегося на фоне этой постройки гигантским. Переделанное из старой девятиэтажки здание пестрело зеркальными панелями из темного стекла, на фоне которого в некоторых окнах тускло светились маскировочные поля — вполне обычное явление, не всякий захочет, чтобы к нему квадрокоптеры в окна подглядывали. На крыше можно было увидеть новомодные висячие сады, покачивающиеся от легкого ветерка, да и сама дорожка к общежитию, выполненная из замаскированной под мрамор плитки, была окружена ивами и какими-то ярко-зелеными цветущими деревьями, названия которых я не знал. А вот вход был оформлен белоснежными плитами с эмблемами академии и… танковой гусеницы? Это было весьма неожиданно.