Казалось, вопрос Зоя поверг Алхимиков в ступор, но ни один мускул не дрогнул на их лицах. Они просто застыли, как каменные изваяния, глядя в упор немигающим взглядом на нашу компанию. И от этой немой ментальной атаки мне захотелось убежать или спрятаться куда-нибудь в дальний угол. Сейя, Минако и Ятен переглянулись между собой, обмениваясь, как мне показалось, многозначительными взглядами, Тайки же продолжал буравить нашу компанию своими глазами-безднами. Взгляд на меня. Глаза в глаза. Пульс стучал у самого горла…

— Откуда такое любопытство? — нарушил тишину Сейя, пытаясь выдавить из себя улыбку.

— Не подумайте ничего такого. Просто кто-то повадился рисовать египетские знаки на двери нашей Дорогуши, а мы взяли и сделали химический анализ мелка, которым был выполнен рисунок. В составе обнаружили кровь из сердца какой-то собачки и охру. Вот и хотели узнать, как у людей, которые в этом разбираются, как никто другой ЧТО бы это могло означать?

Вопрос повисает в воздухе.

Тишина.

Злобный вой ветра за окном.

Холодный пот, бегущий по спине.

Бледные спокойные лица, прекрасные как у ангелов.

Руки, сжатые в кулаки.

Короткий вздох.

— С чего бы нам делиться с ВАМИ своими знаниями? — спросил Тайки ледяным голосом, не сводя с меня свой немигающий взгляд.

— Ну… Мы просто подумали, что вы можете знать… — начал Зой, запинаясь.

Тайки ехидно ухмыльнулся и откинул со лба упавшую на глаза длинную прядь волос.

— Любая информация чего-то стоит. Если мы расскажем, что вы можете предложить взамен? — его голос прозвучал опасно мягко.

— А ЧТО бы вы хотели получить? Деньги? — спросила Мако, включаясь в разговор.

Тайки окинул её снисходительным взглядом и рассмеялся. Его смех подхватили все остальные Алхимики.

— Нет, деньги нас не интересуют! — воскликнул Тайки, смахивая набежавшую на глаз слезинку.

— Тогда ЧТО интересует, скажите, — нетерпеливо отозвалась Мако, скрещивая руки на груди.

Она нахмурилась, так как почувствовала, нечто неладное.

— Душа. Один из вас должен оставить в залог душу, если хотите чтобы мы поделились с вами информацией, — ответил Тайки, подавшись вперёд, пожирая меня глазами.

Тишина.

Мы обеспокоенно переглянулись друг с другом. Ничего себе желание! Вроде и ничего такого, но его голосом оно прозвучало жутковато.

— Что никто не хочет отставить в залог душу? — ухмыльнулся Тайки. — Тогда и мы ничего не будем рассказывать.

— А если, мы сыграем во что-нибудь, а победитель получит то, что пожелает? — неожиданно спросил Зой.

— Во что же мы будем играть? Азартные игры я не люблю, — поморщился Тайки.

— Как насчёт партии в шахматы? — предложил рыжий. — В этой игре невозможно сжульничать.

— И кто же из вас рискнёт играть против чемпиона колледжа? — засмеялся Тайки. — Уж не ты ли Зой? Ты знаешь, я не стану играть с любителями.

— С тобой сыграет Кисуля, — неожиданно сказал Зой, и взгляды моих друзей и Алхимиков устремились в мою сторону.

Глаза Тайки расширились. Он побледнел и чуть не задохнулся от подступившей внезапно ярости.

— Что?! — завопил он.

— Что?! — заорала я на Зоя.

— Кисуля сыграет с тобой партию и если выиграет, то вы нам даёте нужную информацию, а если нет, то получаете то, что вы хотите.

— Мне играть с девкой?! — рявкнул Тайки. — Глупее пари в жизни не слышал! Девчонки ничего не понимают в шахматах. Они не способны думать!

Его слова прозвучали оскорбительной пощёчиной. Я думала, Минако одёрнет или возмутится таким заявлением своего кумира, но не тут-то было. Она услужливо захихикала и проворковала, наклоняясь к лицу Тайки:

— А девушкам и не нужно что-то понимать. Главное быть красивой и вдохновлять своего мужчину.

— Вот именно, детка! — согласился Тайки, буравя меня тяжёлым взглядом.

— Но, тем не менее, Кисуля отлично играет в шахматы и умеет думать. Она может победить, — ответил Зой с гордостью.

— Не смеши меня! — саркастически ответил Тайки. — Я чемпион колледжа по шахматам уже три года подряд! Какой толк заключать пари, если исход очевиден.

— Тогда тем более его в любом случае выгодно заключать вам, чем нам. Но если ты боишься…

— Боюсь? Я?! — воскликнул Тайки. — Осторожнее в выражениях Сайто, забыл, с КЕМ говоришь? — прошипел он и его глаза потемнели от гнева.