— Фу! — Софи вернула ему свою половину батончика. — Возможно, ты и можешь их есть, но я не собираюсь.

— Почему? — он удивленно на неё посмотрел. — Тебе же понравился запах.

— Я… я передумала. — Вздрогнув, Софи сделала глоток мятного напитка. — В общем, теперь нам не нужно беспокоиться об ищейках— киборгах, — сказала она, желая отвести разговор в сторону от пасты из личинок.

— О? — Сильван приподнял бровь. — И почему?

— Ты не чувствуешь? — она слегка наклонилась к нему. — Понюхай меня.

Его глаза, казалось, засветились в свете огня.

— Ты приглашаешь меня понюхать тебя?

— Э— э— э… ну да. — Софи пожала плечами. — Просто… — слова замерли на её губах.

Сильван уже стоял перед ней на коленях, прижавшись носом к внутренней поверхности её лодыжки. Софи с бешено бьющимся сердцем наблюдала, как он провел носом вверх по её ноге, от лодыжки до колена, и дальше по внутренней стороне бедра. На мгновение Софи подумала, что он уткнется носом прямо в местечко между её ног. К её облегчению, он лишь на миг задержался там, а затем провел носом вверх по её телу до самой шеи.

— Ты пахнешь так вкусно.

От его низкого хриплого голоса возле её уха и теплого дыхания на шее она задрожала. Её соски под шелковой рубашкой напряглись. Местечко между ног стало невероятно чувствительным.

— Хм… спасибо, — хотела бы она, чтобы её голос не был настолько хриплым. — Я, м— м— м, не про это… говорила. Я просто хотела сказать, что помылась в душе мылом с очень сильным запахом. Поэтому снифферы не смогут теперь меня найти.

— Боюсь, ты ошибаешься. — Сильван отстранился, глядя на неё.

— Что ты имеешь в виду? Ты не можешь всерьез говорить о том, что чувствуешь мой личный аромат даже после этого мыла. Я намыливалась три раза.

Сильван пристально на неё посмотрел:

— Запах, по следу которого они идут, не уничтожить мылом, независимо от того как часто им пользоваться. Не аромат твоей кожи и волос они выискивают, именно глубинный запах привлечет их к тебе. Вот, по какому следу они придут, если нас найдут.

— Но… как? — Софи покачала головой.

— Это аромат твоего лона. — Сильван большой рукой скользнул между её бедер и слегка коснулся кончиками пальцев внутренней поверхности, будто доказывая свою точку зрения. Софи ахнула от его нежного прикосновения. — Твоя женская сущность, — прошептал он. — Сладкий, горячий аромат, целиком и полностью олицетворяющий тебя, София.

— Они… они могут учуять мой интимный аромат?

— Я могу. А если могу я, то могут и урлики.

— Боже мой! — Софи была потрясена. Она сжала бедра и подтянула колени к подбородку. — Я… я не знаю, что сказать. Личная гигиена для меня очень важна. Я…

— Стой. — Сильван положил большую горячую ладонь на её бедро. — Ты думаешь, они идут по следу неприятного запаха?

— Ну а какой ещё достаточно сильный запах может быть? Я хочу сказать, о боже… — Софи покачала головой, не в силах продолжать.

— София, нет. — Сильван заглянул ей в глаза. — Твой аромат уникален, как и любой женщины. У тебя самый красивый, вкусный и пьянящий аромат, который я когда— либо вдыхал.

— Что? — широко раскрыв глаза, она неуверенно на него посмотрела. — Тебе и правда понравился запах моего… моего…

— Твоего лона. Твоих складочек. — Теперь его голубые, наполовину прикрытые веками глаза полыхали от похоти. — Он горячий, богатый и невероятно женственный. Он наполняет меня желанием, — его голос понизился до мягкого рычания. — И заставляет меня задуматься о том, какова ты на вкус.

— Ты… ты хочешь попробовать меня там?

Он медленно кивнул:

— Если бы мы действительно находились в нашем периоде утверждения, то я бы вкушал тебя часто и тщательно.

— Это… это штучки Киндредов? — Теперь, когда Софи понимала, что он чувствует её аромат, её сердце забилось быстрее.

Боже, им грозит опасность, но Софи ничего не могла с собой поделать.

— Нам нравится удовлетворять наши пары и отмечать их как собственность, — мягко прорычал он.

Софи приподняла бровь:

— Итак… всё дело в собственности. Главное — удерживать женщину рядом и всем доказывать, что она твоя?

— Дело не только в этом. — Сильван заскользил взглядом по телу Софи, и куда бы он ни посмотрел, она ощущала жар от его взгляда. — Речь идет о том, чтобы раскрыть её женскую сущность, исследовать её самые интимные места. Вкушать её мед и засунуть язык глубоко в её тугое, влажное лоно, и смаковать, пока она не застонет, не закричит моё имя… потянув меня за волосы, царапая мои плечи, поскольку она полностью потеряет контроль от удовольствия, которое я ей доставлю.