— Ты действительно настолько серьезно к этому относишься?

Он кивнул.

— Киндеры никогда не нарушают своё слово, — в его голосе послышалась легкая тоска. — Ты правда так сильно меня боишься, что не позволишь мне исцелить несколько маленьких ранок?

— Нет, думаю, нет. Я просто… смущена.

— Не смущайся. — Опустившись перед ней на колени, он медленно провел теплым влажным языком по её оцарапанному колену. Снова взглянув на Софи, Сильван прошептал: — Ты прекрасна, София. Я так сильно хочу тебя исцелить.

— Благодарю тебя, — пробормотала она, её сердце безумно колотилось.

— Ты более чем желанная. — Он не торопясь, явно смакуя момент, облизал другое её колено.

Когда он отодвинулся, Софи практически задыхалась. Ощущать его горячий язык на своих ногах оказалось одновременно смущающим и возбуждающим. Она всё ещё думала о его словах, о том, насколько сильно он желает её попробовать. Представлять, как он горячим ртом скользит вверх по её ногам, дальше, ещё дальше — это всё, о чем она могла думать.

Вдруг Сильван склонился к ней, собираясь поцеловать. София ничего не могла с собой поделать. Её сердце колотилось от ощущения его языка на коже, его брачный аромат буквально обволакивал. София подалась ему навстречу, закрыв глаза… И почувствовала, как он поцеловал её в лоб, а не в губы.

— Что? Что ты делаешь? — спросила она неуверенно.

— Там ты тоже ранена. Помнишь, как ударилась головой о камень? — его голос возле уха прозвучал тихо и интимно. Почувствовав его язык на лбу, Софи беспомощно задрожала.

— Ох… конечно. — Софи чувствовала себя глупышкой.

Как она могла только подумать, что он захочет её поцеловать, когда сама сказала ему, что он не её тип мужчины. Он явно делал это из вежливости, что ж, поступил гораздо лучше, чем большинство парней после столь недвусмысленного отказа.

Сильван отстранился и посмотрел на неё:

— Это было достаточно нежно для тебя?

— Мне… было очень приятно, — и это преуменьшение года. Она всё ещё чувствовала, как покалывает недавно исцеленная кожа там, где он её облизывал. Продолжала ощущать жар его языка, который так нежно её ласкал. — Я… я хочу сказать, что ты был очень нежным. Очень ласковым. — Софи почувствовала, что краснеет. — Спасибо. Я… я думала, что ты также исцелишь мою губу. Там, где раньше укусил.

Сильван серьезно на неё посмотрел:

— Ничто не принесло бы мне большего наслаждения, чем попробовать твои губы, Талана. Я не хотел тебя обидеть.

«Ты должна остановиться, сейчас же. Это действительно плохая идея, — прошептал слабый голосок в её голове. — Разве не ты не хотела заходить слишком далеко? Ну, сейчас рядом с ним действительно хорошо, но как сложно будет оставить подобного мужчину потом. И ты точно знаешь, чем может закончиться подобная ситуация».

Да, она слишком хорошо знала. Но почему— то ничего не могла с собой поделать.

— Я… я не обиделась.

— Тогда я с удовольствием излечу тебя. — Сильван наклонился к ней… и замер.

— Что— то не так? — Софи выжидающе на него посмотрела. — Я тебе уже сказала, что не обиделась.

— Дело не в этом. — Сильван покрутил головой по сторонам, прислушиваясь. — Ульрики, — пробормотал он наконец настолько низким голосом, что Софи едва расслышала и подумала, не показалось ли ей. — Разве ты не чувствуешь их зловонный запах?

Софи глубоко вздохнула, но ощущала только его брачный аромат. Затем она услышала. Из— за разбитой двери доносились странные скулящие звуки. Сильван заблокировал дверь креслом, но для тех, кто действительно решит ворваться внутрь, это лишь временное препятствие, Софи в этом не сомневалась.

Сильван прижался губами к её уху.

— Ни звука, — выдохнул он. — Если они прорвутся, беги в ванную, а оттуда через окно в лес.

Софи отчаянно покачала головой.

— Я не хочу оставлять тебя, — запротестовала она шепотом.

— Сделай это. — Глаза Сильвана словно вспыхнули. — Прежде чем они меня убьют, я уничтожу столько, сколько смогу. Ты должна бежать как можно дальше отсюда. Если услышишь, что они догоняют, заберись на дерево. Они хороши только на земле.

— Но… но Сильван…

Покачав головой, он отстранился от неё и присел на корточки перед дверью. По мнению Софи, он напоминал тигра, готовящегося к прыжку.

«Он готовился к сражению… чтобы, если понадобится, умереть, защищая меня, — поняла она. — Что я сделала, чтобы заслужить такое самопожертвование?»

И как, во имя всего в мире, она будет без него жить?

Глава 12

На этот раз покалывающее удовольствие в груди и между ног возникло одновременно. Кэт сомкнула губы, чтобы сдержать стон. Волна жара окатила её с головы до ног, и она вцепилась в большие мужские руки, сжавшие её в ответ.