— Я… я… — Софи потеряла дар речи. Его слова нарисовали в её воображении весьма яркую картину. Софи почти видела себя, лежащей на кровати с Сильваном между ног, раскрывающим её, пробующим…

«Нет! Прекрати».

Она покачала головой, пытаясь выкинуть из головы столь смущающий и соблазнительный образ.

Сильван, видимо, почувствовал её беспокойство и покачал головой:

— Прости. Не хотел тебя смущать. Просто твой аромат настолько вкусный, и я не могу на него… не реагировать.

— Я тоже не могу на тебя не реагировать, — тихо ответила Софи. — Мы… мы, наверное, должны быть осторожны, чтобы… ну, ты знаешь… не сделать того, о чем в последствии можем пожалеть.

— И ты пожалеешь? — прошептал он. — Ты бы сожалела, случись что между нами, Талана?

— Я… — у Софи слишком сильно пересохло во рту, и она не могла ответить. — Я бы побоялась, — сказала она наконец. — Ты… ты захочешь меня укусить, если мы это сделаем. Ведь так?

— Укусы являются частью секса для Блад— Киндредов, так что да, — вздохнул Сильван.

— Дело не только в связывающем сексе, — сказала Софи. — Если мы… если бы ты действительно заявил на меня права… знаю, что ты хочешь этого не больше, чем я, но если бы ты это сделал… ты бы кусал меня каждый раз.

— Занятие любовью не является полным без дара крови, — с трудом вымолвил Сильван. — Не для нас.

Софи вздрогнула:

— Извини, но секс и без укусов и крови достаточно плох. Я не мазохистка, Сильван, мне не нравится боль. Не желаю, чтобы мне делали больно.

— Я никогда бы не причинил тебе боль, — ответил Сильван тихим голосом, который творил с ней странные вещи.

Софи посмотрела на огонь, не решаясь встретить его взгляд.

— Не понимаю, как бы ты этого избежал. Не укусил меня, имею в виду. Во всяком случае, если я когда— либо вступлю в брак или свяжусь с кем— либо, как бы ты это ни называл, то точно не выберу одного из вас. Хочу сказать, ты действительно хороший парень, но…

Он поднял бровь:

— Но?

Софи чувствовала себя неловко, но должна всё ему сказать. Ей нужно было дать ему понять, что она чувствовала, прежде чем всё зайдет слишком далеко.

— Ну, на самом деле это не только из— за всех этих штучек с укусами, — сказала она. — А потому что ты такой большой. Такой агрессивный. То, что ты сказал тому мужчине Скраджу в шаттле…

Сильван нахмурился:

— Он угрожал тебе. Я должен был донести до него, что ты занята.

— И я это ценю, — серьезно ответила Софи. — Но не знаю, кого ты напугал больше: его или меня.

Она вспомнила о том, как ужасающе он выглядел: с клыками и этим кровожадным взглядом. Несмотря на то что им угрожает опасность, она не могла перестать на него смотреть.

Сильван задумчиво кивнул:

— И если ты когда— нибудь захочешь быть связанной, какого мужчину выберешь?

— Точно не Киндредов. Не хочу никакого альфа— самца, — решительно ответила Софи.

— Альфа— самец? — нахмурился он.

— Большой и сильный, злой и агрессивный. Ну ты знаешь, как… как капитан футбольной команды. — Софи посмотрела на руки. — Если я когда— нибудь захочу остаться с мужчиной, он должен быть нежным и спокойным.

— Я могу быть таким. — Взяв её руку, он поднес её к губам и осторожно поцеловал раненую ладонь. У Софи перехватило дыхание, стоило ей ощутить, как Сильван лизнул ранку языком, при этом не сводя с неё взгляда. — Вот, — прошептал он, наконец отпуская её руку.

— Ч— что? — Софи как завороженная смотрела на него. Казалось, её сердце бьется одновременно везде, ладонь безумно покалывало.

— Твоя рука, — кивнул он. — Она исцелена.

— Что? — Она, наконец, смогла оторвать от него взгляд и осмотрела собственную ладонь. — Вау! Действительно.

Он улыбнулся:

— Я говорил тебе. Разрешишь мне исцелить остальные твои раны?

— Я… думаю, да. — Софи с замиранием сердца следила за тем, как осторожно он прижался губами к другой ладони. Но стоило ему обратить внимание на её израненные колени, попыталась его остановить. — Нет, правда, — сказала она, отстраняясь, когда он опустился перед ней на колени. — Я… они не так уж сильно болят. Честно.

— София, — строго произнес он. — Исцелить твои раны — это для меня не только удовольствие и привилегия, это также мой долг. Меня обвинили в том, что я пренебрег твоей безопасностью и благополучием, я должен опровергнуть эти обвинения.