Кончила бы я на этот раз не то, что без магии, но даже и без его пальцев - до того остро мое тело реагировало на всю эту ситуацию. И на его голос, приговаривающий, подстегивающий меня прямо в ухо...

– Горячая...
– шептал он, - горячая моя девочка...

Но довести себя до оргазма он мне не дал - почти на самом пике остановил, бросил на диван, накрывая сверху шубой и собственным телом... Подцепил одну ногу под колено и высвободил из штанов эрекцию - на первый взгляд, просто огромную... Пристроился, раздвигая меня тяжелой, натянутой головкой... и, не давая опомниться, резко толкнулся внутрь.

– Ай!

Я вскрикнула, задохнувшись от острой боли, физически чувствуя, как там, глубоко внутри что-то лопается и рвется... отзываясь тяжестью в груди и рыданиями в горле.

– Шш...
– утешал он меня, весь дрожа, сцеловывая с моих щек соленые слезы.
– Сейчас пройдет... Сейчас станет легче...

Всхлипнув в последний раз, я прислушалась к ощущениям – боль и в самом деле постепенно смягчалась, отходила на задний план...

Подняла глаза на мужчину, только что лишившего меня девственности… и буквально утонула в нежности его потеплевших, почти синих глаз.

Нет, с надеждой мелькнуло в голове. Это не просто техничный секс.

А… что? Скажи мне, что это?

Подняв руку, провела дрожащим пальцем по его нижней губе. Он поймал, поцеловал палец. И слегка двинул бедрами.

– Больно?

– Нет, - соврала я – от толчка боль вернулась. Я не хотела жалости.

Не сводя с меня глаз, он толкнулся сильнее. Дернул губой, втягивая воздух.

– Такая тесная… Так хорошо в тебе…

Новый толчок сотряс мое тело, задевая что-то внутри… что-то, что потеплело, откликнулось и попросило еще…

– Больно?

Я помотала головой, уже почти не обманывая – боль почти совсем ушла. Почему же так тоскливо?

– Алэйна… - позвал он меня по-своему, наблюдая за моим лицом так напряженно, что я не выдержала – отвернулась, утыкаясь носом в собственную руку.

Не заставляй меня смотреть – молча умоляла я. Ведь я пропаду, пропаду в твоих глазах… растаю, как ледышка под солнцем…

Он вдруг издал странный звук, раскинул мои ноги шире, почти полностью вышел… замер на мгновение… и вломился обратно – сильно и глубоко, сразу на всю длину.

Я выгнулась дугой, подаваясь вперед бедрами… Боже, как хорошо… и как плохо…

– Алэйна… Посмотри на меня… Хочу… видеть тебя… чувствовать…

Нельзя, нельзя…

Внезапно меня взяли рукой за подбородок, повернули голову прямо.

– Почему ты плачешь?

Он остановился – замер внутри меня, прекратил все телодвижения.

Потому что я люблю тебя – прокричало мое сердце. Вот так просто. И потому что мне хорошо…

– Я просто… глупая… - ответили мои губы. – Не обращай внимания…

– Конечно, глупая… - ответил он, странно улыбаясь. И возобновил движения, акцентируя каждое свое слово жестким, сильным толчком. – Глупая… горячая… живая. Я тебя давно ищу… по всем мирам…

– О, боже… - глаза мои расширились. Что он сейчас сказал?..

Не давая мне осознать, что я только что услышала, он протиснулся рукой вниз и закружил там пальцами – широко, горячо и мокро… не переставая толкаться в меня – все сильнее и глубже, с каждым движением все выше взвинчивая меня по спирали… пока ни стало плевать на все… пока тело не возобладало над душой и разумом…

Цепляясь за его плечи, я все теснее прижималась к нему, все громче умоляла о чем-то, нетерпеливо кусая губы...

– Так? Так? – жаркий шепот в самое ухо пробился ко мне сквозь горячечный пульс.

Господи, неужели это я ору «сильнее!»… умоляю его, как похотливая сучка, царапая спину…

Ругнувшись, Освальд вдруг перекинул через себя мою ногу, дернул за попу, приподнимая на колени и крепко взялся с двух сторон за бедра...

– Осторожнее… с желаниями, детка… - прорычал он. Замер на долю секунды, пристраиваясь и дразня меня… а потом глубоко и размашисто ворвался – сотрясая все тело мощным ударом, вбивая меня лицом в диван.

– О боже, да! О, да… О…

– Сильно? Так хорошо?

– Хорошо… - я почти рыдала, всхлипывая себе в кулак... – Еще так… Не останавливайся…

– Горячая девочка… моя… моя…

С очередным вторжением в бедрах все скрутило в тугой, горячий узел… дрожь наслаждения рассыпалась по всему телу, побрасывая бедра, заставляя принимать его еще глубже…

– Твоя… - повторяла я, пока он не дернулся в последний раз, давя хриплый стон, сжал мои бедра… и излился глубоко внутри густым, горячим фонтаном.