Однако, придя на следующий день в салун, Фабьен не застал там Алекса Мура. К тому же этот человек так не появился до конца вечера. Невзначай поинтересовавшись о нем у бармена, он с удивлением узнал, что вроде бы Алекс Мур уехал сегодня из города. Это в первую минуту озадачило Фабьена, но после он махнул рукой на свои сомнения, решив, что так будет еще и лучше, и преспокойно направился к себе…

Но события, произошедшие еще через день, положили начало концу пребывания друзей на Австралийском континенте…

… Фабьен по возращению с приисков первым переступил порог палатки и тут же почувствовал, как ему в висок уткнулось холодное дуло пистолета. Еще через мгновение он оказался лежащим на полу с заломанными назад руками, а над ним нависло трое мужчин. Один из них выглядел вполне респектабельно, двое же других имели довольно свирепый вид и как-то уж очень походили на бандитов. Сзади послышались сдавленные крики и тут же рядом с ним на полу оказались двое его друзей со связанными руками.

— Я так понимаю, Фабьен Легранд — это ты, — мужчина в дорогом костюме ткнул Фабьена в плечо носком своей начищенной до блеска туфли.

— Что вам надо? — хрипло проговорил Фабьен. — Кто вы?

— Я? — мужчина сделал нарочито удивленное лицо. — Я — Майкл Фишер, отец одного из тех молодых людей, которых некий Алекс Мур оставил вчера почти без штанов! А ты, как я знаю, ему подсобничал… А что мне от тебя надо? Узнать всего лишь, где этот Алекс Мур прячется. Надеюсь, ты мне поможешь? — почти ласково проговорил он.

— Я не знаю, где он, — произнес Фабьен. — Говорят, он уехал из Балларата… — и в ту же секунду получил от одного из бандитов точный удар в печень.

— Еще раз спрашиваю: где твой подельник? — медленно промолвил Майкл Фишер, присев перед Фабьеном на корточки.

— Я вам объясняю, — откашливаясь, проговорил Фабьен, — я не знаю, где Алекс Мур… Мне самому это хотелось бы знать, потому что он и меня кинул… — здесь он, конечно же, соврал, поскольку получил свое сполна, но решил все же рискнуть и состроить из себя жертву.

Майкл Фишер, похоже, поверил ему, потому что поднялся и произнес:

— Значит так, даю тебе время до послезавтра… Вечером того же дня я буду у вас, и если к этому времени не будет известно местонахождение Мура, тебе и твоим друзьям будет очень плохо. А попробуете сбежать — найду в любой точки Австралии, ясно, мальчик?

Фабьен ничего не отвечал, стиснув зубы.

— Значит, ясно, — ответил за него Фишер и обратился уже к своим сопровождающим: — Идемте ребята…

— Ну и как это понимать? — угрожающе проговорил Эмиль после их ухода, поднимаясь с пола.

— Это нужно понимать так, что наш драгоценный Фабьен все-таки вляпался и теперь пожинает плоды своей глупости, — зло произнес за Фабьена Дидье.

— И что теперь делать? — продолжал Эмиль. — Я так понимаю, что местонахождение этого Мура тебе действительно не известно…

— Бежать, — наконец проговорил Фабьен, морщась и потирая ушибленную печень. — Кажется, нам все-таки нужно бежать… Несмотря на угрозы… Во всяком случае, попробовать стоит…

— И куда мы сможем сбежать? — Дидье нервно потер затылок. — Они же сказали, что найдут нас в любой точке Австралии…

— А мы и не будем прятаться в Австралии, — возразил на это Фабьен. — Мы попросту уедем домой…

— Каким образом? — Эмиль внимательно посмотрел на друга.

— Отправимся в Портленд, там мы сможем сесть на корабль до Европы. В Джелонг нам нельзя: это первое место, где нас будут искать… А нужный нам корабль отплывает из Джелонга завтра вечером, значит как раз послезавтра он будет в Портленде…

— Откуда ты знаешь про корабль? — с сомнением спросил Дидье.

— Несколько дней назад случайно услышал об этом в салуне… Не думал, что эта информация может пригодиться, — удрученно усмехнулся тот.

— Когда выезжаем? — Эмиль скрестил руки на груди.

— Завтра, сразу же как стемнеет… Придется, конечно, раскошелиться на лошадей… Если постараемся ехать без остановок — к обеду будем в Портленде… Надеюсь, на корабль успеем…

…Как только утром следующего дня на небе забрезжил рассвет, Фабьен, уже полностью одетый, растолкал своих спящих друзей и, после того, как те слегка пришли в себя после сна, заявил:

— Я иду на прииск: у меня там еще одно незаконченное дело… Вы же собирайте вещи и снимите в банке все наши деньги… Золото тоже обменяйте на деньги, можете оставить только несколько крупных самородков… Да, и купите лошадей… Только сделайте это как можно осторожней, чтобы не привлечь лишнего внимания… Я скоро буду, — и тут же испарился в проеме палатки.

… Еще два дня назад, до начала всей этой истории, Фабьен напоролся на один участок породы в шахте, который был сплошь испрещен кварцевыми прожилками, что было верным знаком о близком расположении золота. И все последние дни он то и делал, что пытался добраться до золотых самородков. Как раз вчера ему и удалось извлечь несколько приличного размера кусков золота, сегодня же ему хотелось попытать счастья еще раз напоследок. Фабьен с завидным упорством раз за разом наносил удары киркой по камню, как вдруг среди серой породы мелькнул золотистый кусочек. Парень с удвоенной силой стал выворачивать камни, пытаясь высвободить самородок, размеры которого увеличивались прямо на глазах… Периодически Фабьену переставало хватать воздуха и замерзали пальцы, или же гасла лампа, и ему приходилось выбираться наружу, чтобы перевести дыхание либо сменить фитиль. Потом он возвращался назад и долбил камень с новой силой. Наконец самородок был практически освобожден, и Фабьену оставалось только потянуть его на себя, что он и сделал. Когда золото оказалось у него в руках, Фабьен еле удержал его и сразу даже не поверил своим глазам: размеры самородка превзошли все ожидания. Тот практически не умещался в обеих ладонях, а вес его, как прикинул Фабьен, приближался к тридцати килограммам.