Бывает, проснёшься, как птица,

Крылатой пружиной на взводе.

И хочется жить и трудиться...

Но к завтраку это проходит.

Вспомнил я и ещё одну важную вещь. А именно, какой сегодня день. И, отправляясь на работу, захватил с собой кое-что из шкатулки в спальне.

Анакин и Осока ждали меня на посадочной площадке Сенатской ротонды. Едва удостоив мужа коротким "привет", я подхватил девушку под локти:

– - Доброе утро, солнышко! С днём рождения!

– - Спасибо, -- улыбнулась она.
– - Удивительно, что ты знаешь.

– - Ну, как же не знать! Мы ведь не чужие с тобой.

– - У неё, кстати, новый наряд, -- сообщил Скайуокер.

– - Я, кстати, заметила, -- я наклонился к Осокиному уху и тихо добавил: -- Просто замечательно. Подчёркивает, что ты уже не ребёнок, а взрослая барышня. А откуда второй меч?

– - Это то, ради чего я летала на стажировку. Теперь я умею обращаться с двумя, не хуже всяких там Вентресс.

– - Не зазнавайся, юный падаван, -- проворчал Скайуокер.

– - Да, Учитель.

– - Зачем одёргиваешь?
– - укорил я.
– - Осока, действительно, хороший фехтовальщик, это и Айла говорила. Новорожденная, а у меня для тебя кое-что есть...

Я извлёк из сумочки небольшое украшение, подвеску на цепочке из мелких цилиндрических звеньев. Его я увидел в одной из ювелирных лавок, когда ходил по магазинам с Рийо. Увидел и остановился в шоке. Это то самое или нет? Подвеска выглядела иначе: объёмный кубик, продёрнутый цепочкой насквозь ближе к одному из углов. Я поинтересовался материалом. Иридий, точно. Да нет, оно, оно, только вот эта тыльная часть - лишняя, и цепочка должна быть значительно короче. И тогда я сделал решительный шаг. Попросил ювелира прямо в моём присутствии отсечь задний угол кубика, чтобы лучше прилегал к шее, а цепочку укоротить, по прекрасно известному мне размеру. Сейчас подвеска плотно легла тогруте на воротник, нигде не топорщась, но и не болтаясь.

– - Довольно миленько, -- сказал Анакин.

– - Не вижу, -- огорчилась девушка.

– - Дверь зеркальная, посмотрись в неё, -- предложил я.
– - Нравится?

– - Очень.

Скайуокер, со свойственным ему знанием этикета, прошёл вперёд, спиной своей демонстрируя, что бабские побрякушки его не интересуют, а кому интересно, могут хоть час смотреться в зеркало. Тогда я вынул из того же кармашка ещё один предмет - тонкое кольцо, к которому ювелир по моей просьбе припаял отсечённую часть кубика - и демонстративно надел на палец. Безымянный. Правый. Прямо рядом с тем, что подарил мне Скайуокер на венчании. Осока проследила моё движение взглядом, повернула своё украшение, чтобы посмотреть в зеркале размер среза... и залилась густым румянцем.

– - Падме, ну...
– - пролепетала она.
– - Мне даже неудобно.

– - Неудобно бывает, знаешь, что?
– - я вновь наклонился к её уху и объяснил, что именно.

– - В смысле, через голову?
– - растерялась она. Потом, видно, вообразила и начала хохотать. Так, хихикая, она и шла рядом со мной по коридору. А, немного успокоившись, задала вопрос:

– - Что означают цифры один девять семь один, там, на обратной стороне?

– - Год твоего рождения, по одному старинному календарю.

– - А, ещё до Руусана? Понятно. Спасибо, Падме, это здорово.

Заседание началось с выступления сенатора Саама, зелёного иши тиба. Прищёлкивая клювообразным ртом, он говорил:

– - Это не вопрос философии, нужны новые полки, Республика не может позволить сепаратистам захватить новые земли!

– - Генералы рапортуют, что войска продолжают героически сражаться, -- вступил в дискуссию Бэйл Органа.
– - Однако мы не можем позволить себе безответственности. Республика на грани банкротства из-за военных расходов.

– - Банкротства можно избежать, друзья мои, -- вкрадчиво произнёс мерзкий Лотт Дод.
– - Одобрив билль сенатора Саама об открытии новых линий кредитов, мы получим доступ к необходимым фондам.

– - Законопроект предлагает ослабить контроль над банковской деятельностью!
– - возмущённо заговорила Мон Мотма и стрельнула гневным взглядом в мою сторону, видишь, мол, что делается?

– - Мизерная цена за финансирование войны, не находите?
– - сенатор от Камино Хэлли Бертони вытянула вперёд длинную шею. Пора!

– - Члены Сената, -- сказал я, поднимаясь с места и заставляя платформу вылететь из ниши, -- вы себя слышите? Сенатор Саам требует увеличить производство клонов. Напомню ему, что это не дройды, готовые к бою сразу после сборки. Клона готовят десять лет. Десять долгих лет. Вы собираетесь воевать ещё целое десятилетие??

– - Сенатор Амидала, Вы предлагаете сдаться на милость сепаратистам?
– - тут же попытался поддеть меня Саам.

– - Разумеется, нет! Нам сейчас, безусловно, нужны солдаты, опытные, хорошо обученные. Именно поэтому гораздо разумнее направить средства не на заказ всё новых партий клонов, а на расширение и переоснащение наших госпиталей. Мы должны возвращать в строй как можно больше обстрелянных солдат. Более того, медицинские учреждения пригодятся нам и потом, в мирное время. А приблизить окончание войны можно не только путём чистой победы, но и путём переговоров. Не капитуляция, а перемирие, вот что я предлагаю! Разумеется, идеальным вариантом были бы консультации с отдельными видами, участвующими в войне против нас. К сожалению, Конгресс Конфедерации слишком плотно держит их в узде, и нам придётся...