— Ну же, Ева, — шепчет Ник, вдавливая пальцы мне в бёдра, — скажи, что мой телефон не сломался.

Сказать? Я дышать не могу, не то что говорить. Джен стоит рядом, и вокруг все эти люди, а мой преподаватель бесстыдно лапает меня в толпе. Вопреки всему, это странно заводит, так что коленки подрагивают, и бёдра сильнее прижимаются к твёрдому паху.

— Ты дрожишь от малейшего прикосновения, Златовласка, — чарующе шепчет хриплый голос, — только представь, как это будет, когда я буду в тебе.

Меня, правда, колотит дрожь, и между бёдер становится предательски горячо. Рядом с этим мужчиной я совершенно теряю способность себя контролировать.

— Заказ готов! — выкрикивает бармен.

— Я заплачу, — Ник резко отстраняется и лезет в карман тёмных слаксов. Его лицо абсолютно бесстрастно, словно только что не произошло ничего из ряда вон выходящего, чего наверняка не скажешь обо мне. Я никогда не умела скрывать эмоции.

— Это так любезно с вашей стороны, — слышится томное щебетание Джен. — Если всё же понадобится номер сервиса…

— До встречи на лекциях, дамы. Надеюсь, к следующей лекции мой телефон заработает.

— Вот это мужчина, — зачарованно тянет Джен, глядя на удаляющуюся рельефную спину. — И где только таких производят?

— Да, он ничего, — роняю, чтобы своим молчанием не выдать бушующий во мне коктейль из стыда и гормонов.

— Ты замужем, Ева, — косится на меня Джен. — Не забыла?

Глава 8

Ева

У меня всего две близкие подруги, с которыми я дружу со школьной скамьи, но обе они, увы, больше не живут в Нью-Йорке. Кайли получила выгодное предложение по работе и переехала в Денвер, а Кристал в прошлом году вышла замуж за австралийца, и теперь живёт в Мельбурне. На последнюю я даже эгоистично злилась первое время. Неужели в Америке мало привлекательных мужчин? Но её муж так похож на Лиама Хемсворта, что, в конце концов, я простила ему украденную подругу.

Сейчас мне безумно не хватает их обеих, как и тёплого дружеского совета. Я запуталась между тем, что должна делать, и тем, что мне хочется. Джен хорошая девчонка, но вряд ли мы когда-нибудь станем ближе, чем просто университетские приятельницы. Я уже тысячу раз пожалела, что рассказала ей о своей интимной проблеме, потому что теперь она чуть ли каждый день справляется о том, как обстоят дела у нас с Джейком в постели. Я бы могла списать это на дружескую заботу, но вот уже несколько раз я давала ей деликатно понять, что эта тема мне неприятна, а Джен всё равно продолжает любопытствовать и давать советы. Хочется заорать ей в лицо, что все её советы, которые она преподносит с таким видом, словно угощает эликсиром вечной молодости, примитивны и посредственны, и что когда я говорю «давай закроем эту тему», именно это я и имею в виду. Но я не ору, потому что не хочу показывать глубину своего отчаяния и свою слабость. Меня не оставляет сомнение, что она нашла способ самоутвердиться за счёт моей сексуальной несостоятельности, а мне всего-то нужно было кому-то выговориться. Пройди хоть милю в моих ботинках, Джен.

По этой причине, сегодня я намеренно прихожу на лекцию Ника раньше и сажусь в противоположной от неё стороне аудитории.

Интересно, когда-нибудь пульс перестанет учащаться при виде него? Я пытаюсь убедить себя, что этот мужчина — всего лишь красивая картинка, и замужней женщине стыдно вестись на внешность, но даже это не помогает мне вытряхнуть его из своих мыслей и перестать смущаться под пристальным взглядом, которым он каждый раз одаривает меня, едва я вхожу в аудиторию.

— На задних рядах нет места? — раздаётся раздражённое шипение Барбары Тёрнер. — Ты заняла моё.

Я вскидываю голову, чтобы встретиться с её тяжёлым взглядом из-под коровьих ресниц, и пожимаю плечами.

— Скамейки хватит для нас двоих. Я могу подвинуться.

Та что-то зло бормочет себе под нос и с грохотом опускает свою сумку рядом со мной. Её соседство мне неприятно, но определённо лучше, чем услышать доклад Джен о влиянии восковой эпиляции на регулярность половой жизни.

— Итак, сегодня мы поговорим о процентных рисках, — объявляет Ник, небрежно приваливаясь к преподавательскому столу. — Кто-нибудь знает, о чём идёт речь?

— Это когда рискуют процентами? — блеет Барбара, выставляя вперёд своё сплющенное декольте, по виду напоминающее тощую задницу.

— Оу, кто-то готовился к сегодняшнему занятию? — усмехается Ник под аккомпанемент громкого женского прысканья.

Барбара отвечает какую-то очередную глупость с сексуальным подтекстом, а я разочарованно отмечаю, что Ник сосредоточен на моей соседке и совсем на меня не смотрит. Наверное, ему надоело играть с неприступной студенткой, и он решил найти для себя более перспективную пассию. И это совсем некстати, меня расстраивает.

Через час лекция подходит к концу, а Ник на меня так ни разу не взглянул. Это к лучшему, убеждаю себя, покидая аудиторию. Я замужем, а его постоянные сексуальные намёки заставляют меня думать о том, о чём не должна.

После занятий я приезжаю домой, готовлю сливочную пасту и заваливаюсь в кровать. Надеюсь немного вздремнуть, чтобы расслабить кипящий гормонами и учёбой мозг, но звук входящего сообщения рушит мои планы. На экране вспыхивает незнакомый номер, который, как я знаю, принадлежит Нику.