— Ник, пора идти, — окликает Дейл.

Мне нужно что-то срочно предпринять, чтобы не прослыть извращенцем, поэтому я делаю глоток и остатки ледяной воды выливаю себе на шорты.

— Отлично выглядишь, Златовласка, — подмигиваю ей, едва мы встречаемся под сеткой. Мой взгляд неумолимо съезжает к её пышной груди, и замороженный полуфабрикат под мокрой тканью непроизвольно дёргается, потому что я вижу перед собой затвердевшие соски.

— Ты тоже, — еле слышно бормочет Ева, упорно стараясь не смотреть на мой торс. И это печально, ведь я так много над ним трудился.

Сосунок на их половине поля криво принимает мяч, и Ева падает коленями в песок, пытаясь его спасти. Когда это не получается, и она, виновато пожав плечами, начинает подниматься, один из химических атлетов рыцарски несётся к ней, протягивая руку. Ева берётся за неё, но парень так резко дёргает вверх, что она впечатывается в его выбритую грудь своей великолепной четвёркой.

Я вне себя. Сосунок делает вид, что это случайность, и извиняюще поглаживает Еву по руке, одновременно вылизывая взглядом её декольте. Только мысль о том, что преподавателю, скорее всего, запрещено избивать студента, сдерживает меня от того, чтобы не сломать ему чёртову руку. И этот вопрос тоже нужно будет уточнить на будущее.

К счастью, эта партия быстро заканчивается нашей победой, потому что вид влажной кожи Евы с прилипшими к ней песчинками сводят усилия моего расслабляющего компресса на нет. Мне, определённо, необходимо сбросить напряжение.

По итогам спортивного дня наша команда занимает второе место, после чего я совершаю освежающий заплыв и, счастливо миновав ожидающий на берегу арбузный фан-клуб, иду к машине. Со вздохом выбрасываю с сиденья крошечные плавки с написанным на них номером телефона и завожу двигатель. Парковка начинает редеть, полуголые нимфетки рассаживаются по машинам и под грохочущую музыку и свист сжигаемой резины уносятся в компании довольных кавалеров. Златовласку я больше не видел, из чего делаю вывод, что её забрал муж.

Но не тут-то было. Не проехав и мили, я замечаю Еву, стоящую на остановке в компании парочки девиц, по виду сильно смахивающих на школьных библиотекарей. Если я могу понять, почему никто не заинтересован подвести их, то после пляжного дефиле Евы в бикини, к ней очередь из автомобилей должна была выстроиться.

— Златовласка, — окликаю её, — не помню, чтобы мы договаривались встретиться на остановке.

Ева сконфуженно оглядывается на библиотекарш, которые начинают шептаться, и вновь переводит взгляд на меня.

— Я…

— Садись, подвезу, — перебиваю её и киваю на остальных, — и подруг твоих тоже. Если они, конечно, не в Уэчестере живут.

К счастью, «библиотекарши» живут в студенческом городке, и после того как мы их оставляем там, я везу Еву к дому.

— Где твой муж? — спрашиваю, когда мы остаёмся одни. — Почему он не забрал тебя после волейбола?

Ева нарочно не смотрит на меня, сосредоточенно разглядывая пейзажи за окном.

— Джейк не водит машину.

Я не сноб, но… Чёрт, какой мужик не любит водить машину? И тем более, какой мужик позволяет своей красавице жене с телом секс-бомбы одной уезжать с пляжа, залитого по её вине слюной. Что это? Вселенское доверие или равнодушие?

— Он не должен оставлять тебя одну. Все эти парни…

— Хватит говорить мне, чего мой муж должен, а чего не должен, — рявкает Ева, резко оборачиваясь. — Я сама разберусь со своей жизнью.

Внутри меня что-то противно сжимается, потому что в её голубых глазах я вижу слёзы.

— Извини, — сразу же добавляет она, незаметно промакивая их согнутым пальцем, — не злись, это жара на меня так действует.

Разумеется, я на неё не злюсь. Но очень зол на её благоверного идиота, из-за которого она расстроена.

— Лично я голоден, — подмигиваю ей. — И ты наверняка тоже. Думаю, своей физической активностью мы заслужили немного вредных калорий.

Прежде чем Ева успевает мне возразить, я заруливаю к автомобильному фастфуду и набираю канцерогенной картошки фри, бургеров и пару молочных коктейлей. Мы съедаем их, сидя в машине, пока болтаем обо всём на свете, от спекуляции фьючерсами до сплетен о том, как Синди Кроуфорд похожа на папашу Дженнер. И отчего-то мне хорошо.

11 глава

Ева

Я с обреченным вздохом возвращаю платье на вешалку и плюхаюсь на маленький диванчик посреди торгового зала.

– Сдаюсь. Этот вечер будет провальным. Нейт увидит меня рядом со своей красивой бывшей и поймет, что не хочет иметь со мной ничего общего.

Фелисити раздраженно фыркает и швыряет в меня вешалку с полосатой хлопковой рубашкой.

– Ты красавица, Ева. Сколько можно себя принижать. Держу пари, эта Айя в подметки тебе не годится.

– Айви, - поправляю я, потому что это имя выжжено в моей памяти каленым железом со дня разговора на пляже.
– Ее зовут Айви, и, по словам Нейта, она красавица.