Абра пробыла в коттедже не больше десяти минут, когда из большого дома выскочил Дилан, а за ним его мать. Дилан остановился и повернулся к ней. Его лицо было багровым. Их голоса неслись через бассейн в открытое окно их коттеджа.

— Вероника наводит на меня смертельную тоску!

— В прошлом году она тебе нравилась.

— Это была игра, мать. Я победил. Все закончено!

— Ничего не закончено! И мне все равно, как ты к ней относишься! Твое счастье, что ее отец не знает, что пришлось сделать. И еще большее счастье — это то, что сама девушка не может решиться сказать ему. Ты должен извиниться и просить у нее прощения. Ты должен собрать все свое очарование. Ты должен быть джентльменом.

— А разве я не всегда джентльмен? — Он насмешливо усмехнулся.

— Ты не можешь обращаться с дочерью президента самой большой студии Голливуда как с проституткой!

— А она и есть проститутка…

— Заткнись, Дилан! В ней намного больше породы, чем у той дворняжки, что ты держишь у себя в коттедже. И не сомневайся — я знаю досконально, откуда она взялась. Когда ты собираешься от нее избавиться?

— Когда буду готов! — Он шагнул к ней вплотную. — Не лезь в мои дела, мать. Я все закончил с Вероникой еще до отъезда на север.

— И свалил всю ответственность на меня. Если ты будешь плохо с ней обращаться, она может пожаловаться отцу. А он захочет знать почему.

Дилан сказал ей, что она может катиться ко всем чертям.

В ответ Лилит Старк выругалась:

— Хорошо, что Вероника что-то к тебе испытывает, герой-любовник. Найди способ, как ее успокоить, или сведи с кем-нибудь из своих богатеньких друзей, иначе ее папочка наймет молодчиков, и они разукрасят твое смазливое личико. И могут даже отрезать ту единственную вещь, которая так важна для тебя. Теперь ты меня понял?

— Ладно! — Дилан отвернулся и потер затылок. Потом снова повернулся к матери: — Разыграю, как по нотам. Теперь довольна? — его голос сочился сарказмом.

Когда он направился к коттеджу, Абра бросилась в спальню и повалилась на кровать, свернулась калачиком и притворилась спящей. Грохнула дверь. Дилан снова выругался и швырнул что-то в стену гостиной. Она не могла притвориться, что ничего не слышит.

Когда она вошла в гостиную, Дилан сидел на краешке дивана и наливал себе виски. Она буквально ощущала жар его гнева, видела это в напряженном развороте плеч. Он посмотрел на нее и поставил стакан. Он учил ее делать массаж, но она ни за что не прикоснулась бы к нему сейчас, когда он в таком настроении.

— Как все прошло у Марисы?

— Чудесно. — Она говорила спокойным голосом, но в крови клокотал адреналин. Она посмотрела на разбитую греческую вазу и подумала, не станет ли она сама следующей жертвой его темперамента, и прикинула расстояние до двери.

Дилан выпил второй стаканчик виски и со стуком поставил его на стол.

— Иди сюда. — Его темные глаза прищурились, в них пылал огонь. Когда она присела рядом, он поерзал, устраиваясь удобнее, вытянул руки по спинке дивана и посмотрел на нее тем взглядом, которого она больше всего боялась:

— Сделай меня счастливым.

Когда Дилан ушел от нее через час, Абра осталась в коттедже. Она не пошла в дом на ужин. Никто не пришел спросить почему.

* * *

В ту ночь Дилан не вернулся домой, наутро на подносе с завтраком Абра обнаружила записку от Лилит, там говорилось, что шофер Лилит отвезет Абру в салон Алфредо. Он был парикмахером Лилит — красивый, немного бледный молодой человек. Он пообещал сделать из Абры богиню. Он все время говорил, задавал вопросы, в основном риторические. Предложил пообедать. Ему бы не составило труда заказать еду из одного из эксклюзивных ресторанов в округе. Он назвал любимый ресторан Лилит. Но Абра сказала, что не голодна.

Когда Алфредо закончил, ей показалось, что он перестарался, но ничего не стала говорить. Мариса велела ей сделать высокую прическу к ее шифоновому платью цвета морской волны. Шофер Лилит восхищенно смотрел на Абру, пока открывал ей дверь машины. В пять часов появилась служанка-мексиканка с одной тарелкой на подносе. Абра не впервые ужинала одна. Дилан объявился, когда она одевалась. Он прислонился к косяку и наблюдал. Сам Дилан выглядел как кинозвезда в своем смокинге. Даже несмотря на все, что она теперь про него знала, иногда его физическая красота ее поражала.

— Я зашел на несколько минут. — Оказалось, он забыл свой бумажник и ключи. — Мне нужно кое за кем заехать.

За Вероникой. Девушкой, которая сохнет по нему, несмотря на то что уже от него пострадала.

«Сколько же нас таких по свету?» — подумала Абра.

— Увидимся на вечеринке, но я не смогу провести время с тобой.

Она чуть не напомнила ему, что он очень редко это делал и раньше.

— Потрясающе выглядишь, между прочим. — Он подошел к ней, приподнял подбородок и поцеловал. Заглянул ей в глаза: — Я буду за тобой следить.