— Всё, можете забирать её и валить на все четыре стороны, — перепоясываясь, произнёс полуэльф.

Очнулись и остальные воины, безоружные и ничего не понимающие, и вместе со скулящей пленницей, которая семенила со спущенными штанами, поддерживаемая генералом, прошли в портал, который тут же закрылся. Возле самого портала я вернул генералу медальон пленницы. Больше он мне был не нужен.

— Ну ты даёшь! — сказал я Тенрису. — И как тебе удалось её убедить на подобное?

— Ну… я бы мог её тоже хорошенько попытать, учитывая то количество кислоты и ядов, которые мы у неё нашли, или убить, и Матрона это понимает. А здесь она получит, пусть и униженную, но живую дочь, на которую у неё завязаны какие-то свои планы. И вообще, мы могли её просто убить. Это бестия у нас что-то слишком доброй стала.

— Дурное влияние, не иначе, — ответила та, и мы принялись собирать золото в одну кучу, чтобы полуэльф мог переправить его в свой сундук.

— Сколько у тебя ещё таких свитков? — поинтересовался я, когда золото исчезло.

— Достаточно. Ещё на пяток таких этажей хватит.

Дальнейший путь пошёл чуть легче. С новым оружием демоны падали штабелями. И спустя какое-то время, мы вышли в прямой коридор, от которого вбок отходил ешё один. Прямо на их пересечении под потолком висела табличка: «Святилище Шанаратрис там» с зелёной стрелочкой, указывающей вбок. Намёк я понял и последовал за указателем, а остальные пошли за мной.

Немного поизвивавшись, коридор привёл нас к матово-чёрной металлической двери, которая открылась сама собой при моём приближении и точно так же закрылась, стоило мне переступить порог.

Внутри было тесновато. Посередине стоял алтарь из чёрного камня, за которым, как за столом, сидела сама богиня с дымящимися глазами. С моей стороны перед алтарём стоял стул. За спиной богини находилась её же статуя, изображавшую стоящую Шанаратрис в плаще, подбоченясь и опираясь на копьё или посох. На поясе был виден кинжал.

— О, а-вот-и-ты-ы-ы! — на единой ноте пропела она, делая приглашающий жест.

Как только я сел, на алтаре появилась белая скатёрка, две тарелки, бокалы и разная еда. Лишних вопросов задавать не стал — в конце концов, это её святилище, и делать она в нём может всё, что пожелает.

Из-за алтаря Шанаратрис достала бутылку вина и плеснула в оба бокала.

— Ну-с, гляжу ты делаешь успехи, — заговорила она. — Да ты ешь, не стесняйся. Тебе полезно. А ловко вы уели Тензаррисов! Мне понравилось. Хвалю!

— И тебя не смущает, что с твоими почитателями так обошлись?

— Ну, вы их не убили. Они сами поставили себя в невыгодное и ослабленное положение. Грех было им не воспользоваться. Хотя, Тенрис мог бы попросить чего-нибудь поинтереснее. Всё о золоте думает…

— Зачем ты меня всё же звала?

— В первую очередь, поглядеть на твои успехи. Похоже, пара испытаний тебе так и не далась. Неприятно, я рассчитывала, что ты пройдёшь их все. Придётся немного урезать тебе награду… Кроме того, я хотела задать тебе один вопрос: если тебе придётся выбирать между тем, кого спасти, Дзи или Тенриса, кого ты выберешь?

— Что за вопрос такой?

— Ответь, пожалуйста.

— Зависит от чего спасти, — ответил я. — Если обоим грозит гибель в бою… мне сложно представить себе такое, с чем бы не справилась Дзинсая и от чего бы не ускользнул Тенрис. А вне боя постарался бы помочь обоим.

— Хм… А между Алюэт и Дзинсаей?

— А почему я вообще должен между кем-то выбирать? Твои вопросы некорректны, богиня. Я никак не делю друзей и буду стараться спасти всех.

— Даже ценой своей жизни?

— Даже. Не задумываясь.

— Ты в этом уверен? — мне не понравился взгляд её прищуренных глаз. Дым, исходивший из них, стал красного цвета. Я прикрыл глаза и поочерёдно представил себе их всех. Алюэт, Тенрис, Гларм, Дзинсая, Тэсая… Я не так хорошо их знаю, но почти девять этажей сумасшедшего подземелья сплотили нас. Есть ли во мне сомнения? Я их не видел. И точно знал, что ради них я готов был рискнуть своей жизнью.

— Да. Уверен, — ответил я, глядя богине в глаза.

Это было непросто. Она начала давить, при этом гаденько улыбаясь. Голова пошла кругом, начало искажаться восприятие, всё плясало, растягивалось и сжималось. Эта игра длилась не долго. Вдруг всё прекратилось, словно ничего и не было.

— Хорошо, — ответила Шанаратрис, и дым в её глазах стал голубовато-зелёным. — А если я тебе предложу сделать это прямо сейчас? Что ты скажешь? Принести себя в жертву на моём алтаре, чтобы остальные могли выбраться?

— А без этого никак?

— Ну… Ты можешь их бросить, — она встала, прошлась по комнате, потом вернулась и упёрлась руками в алтарь. — Я могу сказочно одарить тебя за каждого из них. Даже поделюсь своей силой. Хочешь? Или знаниями. Научу магии, ты ведь на это нацелился? Давай так, последнее предложение: принеси мне в жертву остальных, и получишь такую силу, что можешь формировать свои собственные миры со своими собственными Дзинсаями и Тенрисами. Всего лишь заведи их сюда и положи на алтарь. Это разовое предложение, учти это. Либо же, я заберу твою жизнь вместо их. Я дам тебе десять минут на обдумывание, и когда решишься на что-то, очень тщательно подбирай слова.