— Эм, я, конечно, просил купить мне броню, но такое я бы и сам смог…

— Погоди, — прервала меня чародейка. — Это ещё не всё. Пойдём-ка подальше от чужих глаз.

Мы вернулись в залу, где разложили полный комплект кожаной брони на столе. К ней полуэльф положил пару наручей из кого-то тёмного металла. Чародейка мелком начертила вокруг брони круг, какие-то знаки, обсыпала разноцветными порошками.

— Доставай свои камни. Сейчас ты узришь… МАГИЮ!

Я высыпал на стол все самоцветы, что у меня были. Внимательно их рассматривая, Алюэт по-очереди отложила в сторону большую их часть, оставив только несколько, которые исходили маной.

— Остальные можешь пока убрать, — не отрываясь от камней, произнесла Алюэт. Я ссыпал излишки в кошель и продолжил наблюдать.

— Смотри, это не просто камни. Они обладают силой. В древние времена маги часто вкладывали мощные чары в самоцветы, которые потом можно было использовать, инкрустировав в вещь, либо же уничтожить камень, а освободившейся силой напитать предмет. В первом случае, ты сможешь пользоваться заряженным в камень заклинанием. Во втором — можешь изменять свойства предмета. Итак… Чего бы тебе хотелось?

Я задумался. Какая броня мне нужна? Во-первых, прочная, не сковывающая движений и способная отразить, хотя бы, пару ударов меча. Во-вторых, дающую защиту от магии. В-третьих, неброскую и помогающую скрыться при необходимости.

По мере того, как я озвучивал свои предположения, эльфийка откладывал камни по-одному, пока камней совсем не осталось.

— Значится, так… Всё, что ты озвучил, я сделать не смогу — силы камней не хватит, поэтому остановимся на главном. Для начала защита.

Она взяла в руку камень, что-то произнесла. Самоцвет начал светиться и вскоре растаял, как лёд на солнце, оставив после себя сияние, которое окутало броню целиком и словно впиталось, как вода в губку.

— Далее, лёгкость, свобода движений, манёвров…

— Если добавить немного пустотной соли, то и скрытности прибавится, — вставил Тенрис.

— Скорее, незаметности — на тебя будут мало обращать внимания.

— Давай, — ответил я. Всё повторилось, только эльфийка брала по-очереди два камня.

— Ещё осталось немного силы. Могу изменить её цвет и добавить один не сложный эффект.

Перечисляя свойства, я совсем забыл о стрелках, и с досады хлопнул себя по лбу.

— Ты чего? — спросила Алюэт. Она всё ещё держала руку чашечкой, словно ловила дождевые капли, а в её ладони что-то светилось. Изложив свою досаду, она улыбнулась, — Я могу сделать так, что для стрелков твой силуэт начнёт размываться. Так будет сложнее в тебя попасть. Но, сам понимаешь, это не абсолютная и идеальная защита.

— Давай, делай. А насчёт цвета… Сделай потемнее.

Алюэт перевернула ладонь, уронив последнюю светящуюся «каплю» силы на броню. По ней прошла волна, как по поверхности пруда, после чего броня и вправду стала темнее.

— Ну, вот. Из того, что было, выжала всё, что могла. Если найдём ещё камней, я смогу её улучшить.

Только сейчас я понял, почему, когда делили сокровища некроманта, мне досталось только несколько камней, когда остальные поделили золото.

Я поблагодарил чародейку и примерил получившийся доспех. Он и вправду почти ничего не весил, не стеснял движений, я в нём чувствовал себя, как в простой одежде. Наручи также оказались к месту — лишняя защита не повредит, тем более что дополнительно они помогали при метании и стрельбе.

Из трензала вышел Гларм, застав меня за вращениями корпусом и приседаниями.

— О, красавец, какой. А шлем купить вы не догадались? Прилетит по черепу нашему бравому…

Я снова ударил себя по лбу.

Шлем купили готовый, металлический, обшитый кожей, с наносником и усиленной магией защитой.

Остаток дня прошёл в отдыхе и разговорах. Правда, мне пришлось выступить переводчиком для Гларма, поскольку он эльфийскую речь так и не понимал.

Алюэт и Тенрис встретились не так давно, но успели неплохо подружиться.

Совего отца полуэльф не знал, а мама практически ничего о нём не рассказывала. Он родился в ночлежке для бедных в одном из мелких городков, рассыпанных по империи людей. Его матерью была бедная равнинная эльфийка-беженка, бежавшая из своей разорённой орками страны и осевшая в империи людей.

Парнишка рос шустрым, любознательным и очень ловким. Когда он подрос, то большую часть времени проводил на улице, пытаясь всеми возможными способами заработать хоть пару лишних монет. Так он и научился воровать, причём весьма неплохо, и вскоре на него обратила внимание местная гильдия воров и приняла в свои ряды.

Жизнь в трущобах отразилась на здоровье женщины — она заболела чем-то очень серьёзным. Жизнь медленно угасала в ней. Тенрис сумел устроить маму при местном храме, чтобы хоть на некоторое время стабилизировать её состояние, после чего порвал с гильдией и отправился на поиски лекарства.

Он прибился к группе наёмников, колесивших по всей империи. Вместе с ними ему удалось найти лекаря и нужные ингредиенты для лекарства. Мама пошла на поправку, а наёмники предложили ему отправиться в лесные края на заработки. Тенрис согласился, тем более, что мама стала послушницей в храме, и теперь можно было не беспокоиться о её пропитании и крыше над её головой.