— Кстати, нововведение — теперь твой сундук связан с остальными на последующих этажах, — заявил полуэльф, когда мы подходили к торговым рядам. — То есть, теперь не нужно всё своё таскать с собой, достаточно сгрузить в сундук и забрать на выходе.

— И сколько туда влазит?

— Это пространственный карман, так что «влазит» туда всё, что ты туда положишь.

Это было приятно и удобно. Особенно это касалось золота. Из-за обилия кошельков мой ремень изрядно оттягивался вниз. Теперь же золото можно было оставить в безопасности. Оно так и целее будет.

Меж тем, мы дошли до бронника. Тенрис отправился куда-то по своим делам, а я стал внимательно осматривать различные доспехи. Один за другим я просил показать мне разные кольчуги, панцири, даже один хауберк, прикладывал их по-очереди к Дзинсае, но каждый раз возвращал обратно на прилавок.

Тогда я попросил показать мне что-нибудь подороже. Лавочник просто отодвинул стеллаж в бок (по-идее, там стоял стеллаж соседа-лавочника, и должно было изрядно загрохотать по полу, но ничего подобного не произошло), и моему взору открылась совсем другая картина. Работа эльфийских и дворфьих мастеров была мне не по карману, понятное дело, но вот человеческую броню лучшего качества вполне можно было подобрать.

Дзинсая по привычке потянулась к очередной кольчуге тёмных эльфов, но изучив её свойства, я отбросил её обратно — на свету она, хоть и не таяла, как оружие и доспехи дроу, но сильно теряла в эффективности. А нам не всё время по подвалам ползать.

Мой взгляд упал на бахтерец, и я попросил его показать. Хорошая работа, даже на вид.

Да, то, что нужно. И Дзинсае оказался по размеру. Цена, правда, ошарашила — четыре с половиной тысячи золотом! Это больше половины того, что собрала вся наша группа! А, ведь, ещё мне надо было новенький доспех подобрать!

Я попросил отложить его и стал прикидывать, сколько у меня было драгоценных камней, и на сколько они потянут по деньгам. Можно было легко загнать кольчугу и тёмноэльфийский меч. Последний наверняка потянет на хорошую сумму. А ещё есть куча бижутерии. Так или иначе, но надо всё равно вернуться в комнату, провести ревизию и загнать всё ненужное. Туда мы и отправились.

На пороге Дзинсая насторожилась.

— Что-то не так, — произнесла она и сжала кулаки. Блин! Надо было оружие взять! Расслабился — здесь же не могут на меня напасть. Ага, как же!

Она осторожно отворила дверь, но комната оказалась пуста. Внимательно всё осмотрев, мы вошли, я только и успел сделать шаг к сундуку, как за моей спиной открылась дверь в уборную.

— Привет, Хоглон. Вижу, у тебя новое приобретение. Как тебе пришлась моя красавица, по вкусу? Ты уже успел её опробовать?

Я медленно повернулся, сжимая кулаки. Дзинсая бросилась вперёд с рычанием разъярённого зверя, но одно движение руки графа Легроуза отправило её на пол рядом со мной. Она зажимала рот, из которого текла кровь.

— Ты скажи своей зверушке, чтобы держала свои зубки при себе. Иначе она их лишится.

— Чего тебе надо?

— У меня к тебе деловое предложение.

— Вот как? С чего бы это?

— Скажем так, кое-кто возлагает на тебя кое-какие надежды. Но этот разговор только для твоих ушей.

— Дзинсая… Выйди.

— Но…

— Это приказ! — жёстко вставляю я. Эльфийка утёрла кровь, встала и направилась к выходу.

— Слушаюсь, «хозяин».

Последнее она произнесла с явной издёвкой, но сейчас было не время для ребячеств.

— И позови сюда Алюэт.

Пока чародейка шла сюда, я молча разглядывал Легроуза, а тот покачивался с пяток на носки, заложив руки за спину.

— Алюэт, поставь, пожалуйста, на дверь с той стороны звукоподавляющее плетение.

— Х-хорошо, а что происходит?

— Позже.

Я прикрыл глаза и стал ждать, пока плетение не развернётся полностью, после чего уже мысленно обратился к Дзинсае:

«Никого не пускай сюда. И сама не иди.»

«Слушаюсь».

«Ты сильно пострадала?»

В мешанине из раздражения, гнева, досады и ненависти проклюнулось удивление.

«Бывало и хуже».

После этого я оборвал связь и даже блокировал её. На время разговора с местным заводилой и хозяином всего этого зверинца никто не должен был нас услышать.