– Почему на девушке мужская одежда? – удивилась Катрин. – В те времена женщины носили кринолины, а не белые рубашки с черными брюками.

– Потому что это не девочка. Это – мальчик, – фыркнула Мередит.

– Быть не может. Мальчики в девятнадцатом веке не носили косу до пояса. Да и мальчики в такой позе это… непристойно.

– Непристойно. Но ведь бывает же, – хихикнула Мередит.

– В пуританском 19-м веке?

– В пуританском 19 веке! Сама же видишь? Технология изготовления куколок, кстати, похоже на BJD. Такие куклы и для наших дней удовольствие не из дешёвых, а уж по тем временам суммы на них наверняка были просто космические.

Катрин приметила надпись на оборотной стороне подставки: «Любимому брату Альберту от любящей сестры на память о бессмертной мужской дружбе».

– Мужская дружба? – фыркнула Мередит. – Я её как-то иначе себе представляла.

– И я, – Катрин с отвращением отодвинула от себя раритетную игрушку. – Пойдём дальше?

Прежде чем покинуть комнату, она бережно сложила все находки в безразмерную сумочку.

Так уж утроены все дамские сумочки, что при желании в них можно запихнуть всё что угодно. Зачастую глядя на размеры женских ридикюлей никогда даже и не подумаешь, насколько они на деле вместительны.

В столовой на первом этаже, в отлично сохранившихся горках, Мередит заприметила целую коллекцию фарфора и старинного серебра:

– Как такое богатство оставалось без присмотра? И как его до сих пор не растащили?

Какое-то время подруги любовались спрятанными за стеклянными дверцами хрустальными бокалами, на блюдца, тарелки из освинцованного стекла.

– Всё отлично сохранилось, – подвела итог осмотру Катрин. – Стоит лишь приложить немного усилий и вновь засверкает в былом великолепии.

Они нашли Линду в библиотеке. Та разговаривала с главным менеджером, принимая отчёт.

– Как вы могли сами убедиться, мисс Филт, фундамент здания в прекрасном состоянии. Ребята славно поработали за эти недели: ни следа не осталось от былых потёков и пятен сырости. Я лично перепроверил окна и двери после того, как их поменяли – отлично открываются и закрываются. Стены в доме сложены из первосортного кирпича. Но я уже говорил вам – всё это смешение стилей выглядит дико. Эти чугунные решётки, колонны? Не кажется ли вам, что имеет смысл привести всё в единую систему?

– Согласна, – кивнула Линда, потирая в рассеянности висок. – Это было бы разумно, но не я здесь заказываю музыку. Госпожа Синтия ясно дала понять, в каком направлении двигаться. Не будем проявлять ненужную инициативу.

Толкнув перед собой дверцу, Катрин шагнула на террасу, окаймляющую дом с внутренней стороны:

– Не знала, что из дома есть ещё один выход.

– В домах такого размера всегда были парадные и чёрные входы. В прежние времена террасы предназначались для слуг, – разъяснила Линда. – Прислуге разрешалось входить в дом только с чёрного хода.

Они спустились на залитый солнцем, густо заросший травой задний двор.

Копии греческих статуй, почти затерявшихся в разросшихся зарослях самшита, подглядывали за вновь прибывшими, выглядывая их зарослей зелени.

За очередной просевшей чугунной решёткой располагались белоснежные постройки. К ним вела тонкая, уже расчищенная, присыпанная гравием, дорожка.

– Что это? – поинтересовалась Катрин. – Жилище для слуг? Почему в нём нет окон?

– Это склеп, – разъяснил менеджер.

– Склеп?.. Менее, чем в полсотни шагов от дома?! Эти Элленджайты точно были ненормальными.

Катрин терпеть не могла кладбища, склепы, алтари. При одной мыли о них делалось дурно.

Неужели придётся жить почти на костях?

– Не бери в голову, – попыталась успокоить её Мередит. – Это же тебе не огромное городское кладбище! Ну, положим, лежит тут около сотни твоих предков?

– Скажи, ну какой нормальный человек станет строить склеп неподалеку от кухни?

– Мы же не знаем, как мыслили триста лет назад? Может быть, тогда модно было устраивать часовни, чтобы в любой момент, если захочется, иметь возможность предаться скорби?

Катрин, задрав голову, принялась рассматривать лепнину над колоннами.

На них не было ни единой трещинки, будто склеп построили позавчера, а не три века назад.

– Стены уходят глубоко вниз, – правильно оценив её взгляд, прокомментировал менеджер. – Лежни, держащие всю конструкцию, большие и прочные. Нигде ни единого перекоса по горизонтали.

– Склеп тоже будут реставрировать?

– Да. Я уже набросал план насчёт того, какие шаги следует предпринять в первую очередь.

– Делайте, как сочтёте нужным, – отмахнулась Катрин.