–Наверное, все так и произошло, – кивнула девушка. – Кто-то с борта «Немезиды» сообщил, что эта карта представляет опасность, и его сообщники в госпитале удалили её.

–Но все это снова чистые домыслы, Диана. 

–Я еще не закончила, Феликс. Имей терпение. На последних файлах Лезо выдвинул предположение, что «Пандора» не несет никакого опасного вируса «космической чумы» и специально действует в этом районе, дабы запутать следы и отвлечь на себя внимание властей.

–Лан Бар в своем докладе мне ничего подобного не рассказывал.

–Да, так как эти предположения не были проверены. Но я считаю, что они-то и погубили несчастного Лезо. Он приблизился к разгадке тайны слишком близко и его, разумеется, убрали. Кому-то нужно, чтобы мы блуждали в потемках неведения.

–Кому?

–Я подозревала тебя, но в последний час решила, что это не ты. Может быть, я дала волю эмоциям и совершила ошибку. Но я не хочу, чтобы это был ты.

–Ты совершенно права. Я здесь ни при чем, Диана, – поспешил её заверить капитан.

–Так вот. Лезо был убит и тело его выброшено в космос. Бортовой компьютер «Немезиды» четко зафиксировал причину его смерти и чтобы никто её не узнал, «карту смерти» удалили. Пока все логично, не так ли?

–Так, – кивнул головой капитан.

–А теперь посмотри на распечатку отчетов, которую я припасла специально для тебя. Это анализ содержимого части кислородных баков «Немезиды», – она бросила ему небольшую пачку бумаг.

Он полистал их и поднял на девушку глаза.

–Но это содержимое баллонов для поддержания дыхания больных. Это собственность космического госпиталя, так как именно с него нам доставили эти баки! Практически все наши баллоны с кислородом, взятые в рейс с Бейда, были использованы еще при спасательной операции с полицейским катером.

–Ты внимательно посмотрел, что в бумагах? – настаивала она. – В части этих баллонов совершенно точно установлено присутствие штамма вируса бронзовки! И я не удивлюсь, если там обнаружится не только бронзовка, но и другие вирусы.

–Вирусы вконцентрированном виде! – едва не задохнулся Адамович.– А эти баллоны устанавливаются автоматически бортовым компьютером. И, значит, на «Немезиде» могут начаться заболевания! Стоит лишь кому-то активизировать программу!

–Вот именно! Понимаешь теперь, как развивалась эпидемия на территории госпиталя? А Лоердал искал и продолжает искать некий таинственный вирус! 

–Но бортовой компьютер госпиталя не мог не обнаружить присутствие вирусов! Сканирующая программа работает постоянно, – возразил ей Адамович. – Она в первое же мгновение должна была дать сигнал! Почему же этого не произошло?!

–Если ввести изменения в программу, то можно решить и эту проблему.

–Нет! – решительно возразил он. – Внести изменения в такую программу просто невозможно, Диана! Ты врач, но не космолетчик, как я. Бортовой компьютер госпиталя – это тебе не простая жестянка, как у нас на «Немезиде». Его настройки вводятся еще при первых испытаниях звездолета на стендовом полигоне и следят за ними десятки специалистов самого высокого ранга! Корректировка такого аппарата просто невозможна!

–Но компьютерщики могту ввести контрпрограммы. Разве не так?

Феликс еще раз решительно покачал головой.

–Нет и еще раз нет! Можешь сама поговорить с Тризеном, и он тебе все объяснит, но и я это знаю не хуже него. Такие изменения невозможны! Корректировке поддаются только мелкие составляющие системы – типа курса и учета данных, но в базовую систему никто и ничего привнести не может.

–Тогда как ты мне объяснишь эти сведения? Просмотри бумаги!

–Не уверен, что это правдивая информация. А как ты могла обнаружить это, Диана? Откуда у тебя все эти данные?

–Я получила их случайно. И снова благодаря мистеру Лезо.

–А в чем он-то мог тебе помочь? Покойник давно ставший частью космоса? – не поверил Феликс.

–В его отчете есть легенда о «Ящике Пандоры». Я ввела эту фразу, и оказалось, что я нашла пароль, которым пользовался тот, кто мог активизировать эту программу.

–Значит, если я введу фразу «Ящик Пандоры» то получу доступ к контрпрограмме? И не только на борту космического госпиталя, но и здесь на «Немезиде»?

–Да, – коротко ответила девушка. 

Адамович воспользовался сетью прямо из капитанских апартаментов и ввел пароль. Тотчас на экране появились настроечные таблицы! Святая святых в программном обеспечениивоенных звездолетов и госпиталей!

–Я не верю в то, что вижу, Диана! Этого просто не может быть! – шептал он. – Задействована вся сеть, и сразу видно, что этот пароль еще не обеспечивает настоящего допуска в систему. Нужно что-то еще!

 –Ну что, достаточно для тебя доказательств?

–Это значит, – Феликс проигнорировал её вопрос, – что система была настроена еще в тот момент, когда космический госпиталь сошел со стапелей. Это было еще несколько лет назад. И этот суперзвездолет наверняка принимала высокая правительственная комиссия, в которую, как я понимаю, должны были входить чиновники высшего эшелона власти Бейда. Среди них, возможно, был и тот человек, который создал эту контрпрограмму. И выйдя в космос, госпиталь при контакте со спасательными и полицейскими судами поражал наши бортовые системы вирусом. Но на этот раз компьютерным!