Шрифт:
Пауза…
Все на ногах - и все настороже.
Так… кого будем первого рубить?
Да, вот же - цыганистый какой-то деятель с кинжалами в обеих руках. Умеет он ими орудовать или только красуется - вторично. Он ближе - его первого и кладём. Потом… ну, там видно будет… Кто первый подойдёт - тому и кирдык. А вот, опосля этого - сразу же и уходим. Не поверят они в то, что я сразу отступлю, будут следующего нападения ждать. А раз так - первыми не полезут. Вот этим я и воспользуюсь!
Ещё раз окидываю всех взглядом, прикидывая возможную диспозицию.
А этот чего сидит? Все стоят - а ему, что, особое приглашение требуется?
Тот самый - спокойный и седоватый?
– Наорались?
– осведомляется он.
– Джеро, убери свои зубочистки! Все знают, что ты носишь их лишь для устрашения - пользоваться кинжалами ты так и не научился. Максир - и ты тоже сядь! Хватит!
Поворачивается он и в мою сторону.
– И ты, Мастер, тоже убери свой меч - нам нечего делить и не за что воевать! Договоримся - тогда все будут довольны. Нет - ты просто уйдёшь, и никто не станет тебя задерживать. Устраивает?
Киваю и вкладываю меч в ножны. Я не великий спец по части яйдзютцу [2]– но выхватить его назад за пару секунд - вполне смогу.
– Эй!
– окликает седой.
– Кто там на кухне?
Высовывается голова одного из моих парней.
– Вина сюда! И поесть чего-нибудь…
Судя по всему, чего-то подобного там уже давно ждали - так что всё требуемое появилось достаточно быстро.
Подхватив со стола кувшин с вином и пару кружек, седой кивает мне на один из уцелевших столиков.
2
Искусство мгновенного выхватывания меча, с нанесением при этом молниеносного удара.
– Поговорим?
Хм, а хозяин кабачка расстарался - вино-то очень даже нефиговое! Вот жлоб… раньше он его не подавал!
– Это мое вино - я распорядился прихватить бочонок из личных запасов, - поясняет собеседник.
– Гэйз его любил… вот я и решил побаловать старика напоследок.
– Ну, я бы не называл его таким уж стариком.
– На такой… работе… стареешь быстро. Мало кто доживает до седых волос.
– Ты же дожил?
– Пять лет рудников… как тут вообще хоть что-то осталось?
– Сочувствую.
Он печально улыбается.
– Не думаю, что ты себе это представляешь! Быть прикованному к тачке, да ещё и в окружении изгоев - это, знаешь ли…
– Знаю. Я бывал у них. И именно у рудокопов.
Седой внезапно замолкает. Присматривается.
– А… ты нижнюю часть лица можешь закрыть? Я бы и сам попробовал - но ты ведь из нервных, да?
– Я не люблю чужих рук около своей шеи - это так. Но нервы у меня крепкие…
Прикрываюсь левой рукой.
– Благодарю… То-то твоё лицо показалось мне знакомым… Ривас Пир - знаешь такого?
– Кузнеца-то? Знаю.
– Он, вообще-то, ещё и староста… Но - да, он куёт…
Ну, не врёт дядя - Пир, действительно, ещё и староста. Так сказать, совместитель…
– Я видел тебя. Когда ты к ним приезжал. Кстати, они очень неплохо о тебе отзывались!
– Я думаю! Кое-что полезное от меня им перепало!
– И об этом я слышал.
Мужик коротко поясняет. Приговор коронного суда - пять лет работы в рудниках изгоев - это очень тяжелое наказание. И далеко не все способны его выдержать. Не только потому, что эта работа тяжела чисто физически - невыносимо трудно пять лет находится в столь специфическом окружении. Дело даже не в том, что сами изгои лишены способностей к магии - они как-то могут подавлять (когда их много) таковые способности и у других людей. Вплоть до того, что человек теряет возможность что-то сотворить - даже то, что ранее делал не задумываясь. Так что отправка к изгоям - это разновидность скрытого лишения магических способностей. И применяется не так-то уж и часто - лишь к совершенно "выдающимся" личностям.
– Лучше отсидеть десять лет в тюремной башне!
– Ну, ты же выдержал…
– Нас, вообще-то сначала было пятеро… А вернулся я один. Трое умерло, один остался там - он в с ё потерял… И стал одним из них. Что ему делать здесь?
– А бежать ты не пробовал?
Седой усмехается. Приковывание к тачке - это особое заклятие. Металл цепи как бы "врастает" в тело осужденного, так, что он с тачкой составляют единое целое. Разрубить или расплавить цепь, не причинив при этом смерти приговорённому - невозможно. Такого заключённого даже не охраняют - куда он с тачкой-то убежит? Не выполнишь урок - не получишь еды. Всё предельно просто. Приговорённого отправляют на рудник к изгоям - чтобы жизнь медом не казалась. Никакой магией ты там себе ничего не облегчишь. А уж будут его там кормить или нет - зависит от того, как он себя покажет.
– А через пять лет проклятая цепь попросту рассыпается… Но не все могут до этого дожить! Некоторых - так - с тачкой, и хоронят… Цепь не исчезает даже после смерти приговорённого.
Да, суровый дядя! Судя по всему, вернулся он сюда не так-то уж и давно - и уже в главарях! Могу себе представить его хватку! Осторожно высказываюсь на эту тему.
– Ты прав, - кивает собеседник.
– Меня тут уже мало кто ждал. И с распростёртыми объятиями не встречали. Пришлось напомнить…
Да уж… представляю себе местные методы лечения приобретённого склероза… наши врачи, небось, трижды перекрестились бы, только услышав о подобной практике.