Хлопнувший мензурку служитель заявил:

— Вы меня не знаете, но вы узнаете, каким благодарным может быть Кирилас. Да, я мелкий человечек, можно сказать, пыль под ногами, но могу ого-го! У меня семья восемнадцать лбов, только которые при Дворе служители! Мы уж для вас расстараемся!

Прервать поток сознания помогла лишь вторая мензурка. Опрокинув её и залихватски крякнув, благодарный человек чересчур уверенным шагом пошёл в операционную, помогать жене одевать дочку. Ну да, два-по-писят вроде немного, но если на нервах и без закуски, то может хватить расслабиться.

С кухни доставили большой чайник чаю, кроме сала, была и мясная, и сырная нарезка, а хлеба аж пять видов. Сахар был, мёд. Печенья всякие. Я было возразил, но мне объяснил кофешенк — в 12 ночи, по камер-фурьерской росписи, моё наказание закончилось и по желанию сладкое можно.

Дирионгил, кофешенк и отец моего пациента, начал рассказывать о том, что знает всё про все горячие напитки. Но тут я его срезал. Сказал, что моих кофейных коктейлей он и не пробовал. Заспорили. Слово за слово, занялся я прогрессорством. Высоких прозрачных стаканов под рукой не случилось, но мы же медики! Нашлись цилиндрические ёмкости. Чем они хуже? Принесли с кухни потребное для творения. Вниз горячий шоколад, на треть по высоте. На него аккуратно льём кофей, тоже треть. Остаток заполняем взбитыми сливками. Для украшательства чуток шоколадной крошки и дроблёных орехов. Коктейль готов! Показал, как пить с помощью толстой трубочки.

Человек даже слов сказать не мог от удивления. Моим служителям коктейль понравился. До конца дежурства пробовали и болтали. Кстати, донесли, что не приехавшего хирурга выперли со службы без пенсии, а пациента аж три раза тягали в разные места на осмотр пальцев.

В полдень, обязан быть на большом приёме. Меня объявят представителем Зеленоземья и хранителем печати герцогства. Помимо прочих дел, теперь у меня будет обязанность присутствовать на еженедельных приёмах.

Вновь одетый в парадный мундир, но с новеньким орденом ожидаю приёма. Вдруг слышу: "Ба! Брат Стах! И ты тут?!" Михаэль, член клуба. Пару минут разговариваем, потом он меня представляет брату Адриану, Его Превосходительству, действительному статскому советнику Людне, директору Департамента Казённых Припасов, кавалеру орденов и прочее, и прочее, и прочее. По-моему, брат Адриан по возрасту мог претендовать в заведении мадам Розы разве на поцелуй в лобик, однако кто его знает. Некоторые старички вполне себе ничего. Меня советник сразу стал называть на "ты" и Стахом, но тут же предупредил: "Ты, брат Стах, обращайся ко мне на "вы" и по положенному чину. Молодой ещё, тыкать." Михаэль, правда, его тоже Превосходительством величал.

Передвижения по залу стали вполне осмысленны. Меня представили ещё нескольким людям, и паре братьев среди них. Я услышал обрывки разговоров, несколько непонятых слухов, сам рассказал, как Государь спрашивал моего мнения о границе, а я опозорился. Только большое количество народа вокруг и серьёзность самого Тронного Зала заставили ограничиться моих собеседников улыбками, а не захохотать во весь голос. "Хорош бы ты был, если бы самому Государю советовать стал," — пояснили мне. — "Его Величество пошутить изволил. Видать в настроении был." Да… Наивный я, не в меру. Шутку самодержца за чистую монету принял. По-моему, анекдот о глуповатом камер-юнкере пошёл гулять по залу, на меня с улыбкой стали поглядывать разные придворные. Однако значительно более доброжелательно, чем раньше.

Наконец герольд трижды ударил в пол посохом, провозгласил прибытие королевской семьи, и мы все, находящиеся в зале, склонились в поклоне. Государь вновь сел первым, за ним принцы и принцесса. Лаурина банкеточка сейчас стоит совсем близко к трону. Его Величество милостиво приветствует собравшихся и начинает приём. На сегодня вопрос номер один — это упорядочивание дел с герцогством Лауры. Слова "свадьба", "приданое", "жених" не произносятся, но витают по залу.

После двух докладов на эту тему, Иностранных Дел Коллегии и Министерства Налогов и Сборов, зачитанными статскими генералами, Государь кивком дал отмашку внучке, и та стала зачитывать указ. Я вновь не очень понимал смысл многих статей. Но любо-дорого было смотреть на моего сюзерена. Она гордо и старательно провозглашала свой первый в жизни Указ, теперь по уже полностью её герцогству.

Про меня там тоже было, однако как-то мельком. Это я так было подумал, но увидев округлившиеся глаза Михаэля, понял свою неправоту. Указ был прочитан, Лаура присела на банкеточку.

Государь что-то сказал герольду, и тот вызвал Тихого. Как положено, строевым шагом, подошёл к возвышению. Самодержец, с крайне недовольным видом, посмотрел и спросил:

— Ну и что мне с тобой делать? Служишь без году неделю! А уже три года преимущества. Два за ордена и год за оружие.

— Ваше Величество, он и на Магистра сдал, — наябедничала моя принцесса.

— Вот я и спрашиваю — что мне с ним делать? Молодой, да ранний. Туповат, правда. Однако смел и отважен, я сам его награждал. Опять же верен. Да и должность требует, делать нечего. Ладно! Отслужишь! Поздравляю тебя титулярным камергером.

Уже привычно падаю на одно колено и многословно благодарю. Искренне, между прочим. Я ведь почитай и не служил.

Государь рассуждает дальше:

— Вот какой из него Хранитель Печати? Молод больно. Хотя может и справится, — потом вновь обратился ко мне. — От Зелёного Дворца отставлять не буду, пока тебя вроде хвалят. Как гоф-медику нечего штаны на дежурствах протирать, вместо того учиться будешь. По хирургической части пойдёшь. В Коллегии представителем будешь числиться, по причине Указа. Как боевой волшебник обучение получишь. А то просто стыдоба! Вчера чуть стену крепости мне не развалил! Ещё назначаю шеф-комендантом твоей же крепости. Да чтоб служил как положено! Иди на место!