Он дернул меня к своей груди, и я ахнула от такого резкого движения.

— Ты когда-нибудь заткнешься? — Люций поцеловал меня.

Но я оттолкнула его.

— Пытаешься обмануть и сорвать куш первым? Разве это не разозлит твоих садистских приятелей, которых ты пытаешься впечатлить? — ухмыльнулась я. Он часами выставлял меня напоказ, повторяя разговоры, будто готовился занять какую-то должность.

— Иди сюда. — Люций сжал руки по бокам.

— Нет.

— Иди. Сюда. Я не буду повторять, Стелла.

— Пошел ты. — Я залезла на кровать, затем перешагнула ее, спустившись на другую сторону и повернулась к нему лицом.

— Ты хочешь сделать это прямо сейчас? — Он усмехнулся и потянул свитер с футболкой через голову. Его кожа была гладкой, со светло-каштановыми волосами в центре груди и такой же дорожкой, исчезающей в его брюках. Татуировка латинской буквы «V» закручивалась на его сердце, взятая в ловушку толстыми колючками. Он был худее, чем старший Вайнмонт, но таким же быстрым. И он был решительно настроен, учитывая блеск в его глазах.

— Я хочу, чтобы ты ушел прямо сейчас. — С моей стороны это была игра с огнем. Во всей ситуации было что-то очень неправильное. Но мне нужно какое-нибудь другое чувство, помимо страха или ужаса.

— Не думаю, что это правда. — Люций позволил своему взгляду блуждать по моему телу, задержаться на шее, груди и бедрах, прежде чем вернуться к моему лицу. — Твой пульс ускорился, соски затвердели, и, могу поспорить, ты влажная между ног, Стелла.

— Думаю, это ты никогда не узнаешь. — Я отступила.

Одним плавным движением Люций перепрыгнул кровать и заблокировал меня на другой стороне у стены. Воздух выбило из легких, когда Люций схватил меня за голову и уставился на меня, его глаза загорелись страстью и потребностью.

Он набросился на мой рот, уверенно переплетая язык с моим, пробуя и прикасаясь, когда раздвинул мои колени своими. Люций был возбужден, его член вжимался в меня, когда мужчина медленно задвигал бедрами. Его поцелуй напоминал гипноз: то, как он захватывал меня, отнимало воздух и воспламеняло все мои нервные окончания. Я нуждалась в этом, чтобы отвлечься от всего остального. Какое-то мимолетное удовольствие перед тем, как разрушающий вес реальности раздавит все под собой.

Люций двинулся к моей шее, его губы нашли бьющуюся жилку на моей шее, когда он скрестил мне запястья одной своей рукой. Когда скользнул ладонью под мой свитер и сжал грудь, я застонала. Он сорвал чашечку моего лифчика и скрутил сосок большим и указательным пальцами. Мои бедра двинулись навстречу ему, почувствовав еще больше восхитительного трения о его член. Я проигнорировала вспышку в глубоких лазурных глазах, которые оказались напротив моих.

Люций зашипел, когда я снова подняла бедра, придвигаясь к нему через штаны.

— Люций, — вздохнула я, хотя другое имя кружилось в голове, желая сорваться с моих губ. Люций опустился ниже, его рот оказался на моей груди, пока свободной рукой он дернул за кнопку и молнию на джинсах.

Почувствовав сильный укус, я выгнулась под ним, когда Люций скользнул пальцами в мои трусики. Я была влажной, моя кожа горела в местах, где он проводил ртом или руками.

— Черт. — Он проник далее, распределяя влагу от моего входа к клитору.

Я извивалась и стонала, пока он описывал круги на моем пробужденном, чувствительном центре. Люций оставил сосок и вернулся с поцелуем к губам, кожей я почувствовала вес его обнаженной груди.

Он погрузил в меня один палец и застонал.

— Ты нужна мне, Стелла.

Слова подействовали на меня раздражающе. Мне нужен кое-кто другой. Другой Вайнмонт. Глаза Синклера снова возникли в моей голове. Он был призраком, скитающимся во всех уголках моего разума.

Люций поднес пальцы к губам и облизал их. Он снова поцеловал меня, но его вкус был неправильным. Все было не так. Я была выжженным очагом, исчезнувшим пламенем, остывшей комнатой.

Мне удалось повернуть к нему голову.

— Я не хочу этого.

— Нет, хочешь, — Люций прикусил кожу на моей шее.

— Нет. Я серьезно.

Тон в моем голосе заставил его замереть, и он повернулся ко мне лицом.

— Ты, мать твою, шутишь?

— Нет. Пожалуйста, просто уходи.

Он отпустил мои руки и уселся прямо, нахмурив брови в замешательстве.

— Почему?

Я покачала головой и поправила свитер.

— Пожалуйста, Люций.

Парень встал и уставился на меня.

— Из-за Сина, не так ли?