Так, стоп! А купол? Где купол?!

— Человечка, ты жива?! — то ли неверяще, то ли презрительно раздалось справа. Повернула голову, все еще удивленно с открытым ртом смотря вверх.

— А? Цезар!? Живой? Ага, я тоже… — похоже Ашими выбрался все таки на свободу. Внутреннее я ликовала. А внешне просто в ступоре была, как физически, так и душевно. Застой какой-то. Но немного страшно. Что теперь со мной будет? Ой-йо-й! Это же врать опять что-то нужно будет! А что врать? Я, не я? Под дурочку опять косить? Ничего не знаю, ничего не видела… Да! — Ничего не знаю, ничего не видела…

— ЧТО ОНА ТУТ ДЕЛАЕТ?

По спине пробежал холодок. Этот голос… Ноги словно приросли к земле, внутри все сжалось от страха в большой узел. С трудом опустив с неба взгляд на говорившего, непроизвольно вздрогнула. Разъяренный взор темных глаз, сложенные на груди руки, темная одежда, подчеркивающая развитую мускулатуру и почти звериный оскал, на чужом для меня лице. Грёбанный Армрэль Фаст, мой собственный демон, метал глазами молнии и выжидающе замер, глядя на меня. Такой сильный, такой пугающий, опасный… О, я все еще не забыла каким он может быть нежным, заботливым и внимательным. Какими сладкими могут быть его губы, какое наслаждение умеют доставлять эти руки, как плавится тело под этими, дышащими страстью глазами… Не забыла… А ведь старалась! Даже переполняющая меня ненависть к нему, не стирала из памяти его актерскую игру, когда мы были в Аду.

Не прощу! Никогда!

Еще бы забыть все хорошее, чтобы сердце сейчас так не стучало о ребра…

— Что здесь произошло? Сорин, что ты так на нее таращишься? — появление нового действующего лица я даже не заметила. Все это время смотрела на своего демонюгу, пытаясь отыскать отличия и перемены во всем его образе. Ну не дура ли? Все же понятно-там ему было удобно притворяться нормальным человеком, тут он демонюга, которому незачем больше пускать пыль в глаза простой смертной.

— Сам только пришел, отец. — отец? Мельком взглянула на новоприбывшего, все таки сумела оторвать взгляд от Армрэля. Мужик как мужик. Я тут за это время и гораздо необычнее наблюдала. Смуглая кожа, чуть раскосые темные глаза, темная одежда с красными узорами. Черные волосы… И я зависла еще больше. На его голове, держала длинные волосы до боли знакомая мини-корона. Это казалось невозможным, но от нее я не могла оторвать взгляд намного дольше, чем от Армрэля.

— Она в себе? Взгляд безумный. — даже несмотря на сарказм, голос Правящего звенел силой и твердостью.

— Я должен тебе кое-что объяснить…

— Девочка, ты в своем уме? Что ты так на меня смотришь?

— Отец! — не дождавшись внимания отца, Арм гаркнул и возмущенно взмахнул руками. — Это она!

— Она? Что ты мямлишь постоянно? Говори нормально!

— Ее аура изменилась! Но это она!

В следующее мгновение Правящий оказался прямо передо мной. Я моргнула. Отшатнулась назад, как обычно, едва не упав, но благодаря крепкому плечу демона, которое он успел подставить, сохранила равновесие.

— Нашлась значит. — глаза пытливо всматривались в моё лицо. — С возвращением домой, деточка. — я даже не успела возмутиться, как уже была крепко прижата к сильной груди, с проступающими мышцами. Попробовала пошевелиться, не вышло — уж слишком крепко меня обнимал мужчина. — Не бойся. Я все тебе объясню. Но не здесь. — возникла пауза и я воспользовавшись заминкой высвободилась из цепких рук. — Почему ты не поддаешься магии?

— Может из-за этого?! — наконец-то ко мне вернулась возможность говорить. Я продемонстрировала незаметный под свободной рубахой ошейник и вскинула на него глаза. Мужчина снова шагнул ко мне с раскрытыми объятиями. — Не надо меня тискать! Мне может это не приятно! Вы меня перед этим спросили?

— Да-да. Прости. Я очень рад, что нашел тебя. Сейчас тяжело держать себя в руках. Прости еще раз.

— Я хочу в тюрьму! Свяжитесь со Стражами! — никогда не думала, что скажу подобное. — Вы… меня пугаете…

— Не стоит бояться родного отца, я не причиню тебе боли.

— Отца??? — в один голос вскрикнули мы с Армрэлем.

Сегодня моим лекарством были дети. Мы уже давным-давно с ними перетащили столы и лавки в самый дальний угол, освободив побольше места и развлекались на освободившемся пространстве. Просто садились в кружок и по очереди читали книги, учили самых младших, пили чай и компот (да, нам и это разрешили, со временем), играли в собственноручно сделанные настольные игры (ну туго совсем тут было с этим, даже самой захудалой монополии или шашек не было), учились писать… Да много чего мы делали, вот так просто сидя рядышком.

Меня они больше не донимали. Правда только после того, как довели до нервного срыва, и я кинула в них толстенной книгой. Не попала. Но разревелась на нервах, как будто сама была ребенком, в три ручья. После этого как-то издевательства надо мной сошли на нет. Чему я была безумно рада.

За это спокойное время я смогла их узнать получше, каждого по имени, каждую особенность. Конечно больше всего мне было жалко девушек… Будущие шлюхи — это цитата управляющей, что им еще знать нужно кроме этого… Того самого… В субботу к ним приходили учителя и этому самому их обучали. До зубного скрежета хотелось поприсутствовать хоть на одном занятии, потому что прямо спросить у девочек у меня как-то и язык не поворачивался. Мальчикам, конечно, тоже вскоре непросто прийдется. Легион, армия, "грязные" работенки, подмастерья. Но у них хоть есть шанс продвинуться со временем дальше! Саморазвитие, создание семьи… А у девочек? Никто не встает в очередь за женой шлюхой, еще и Сохрой…

— Ассия, ты сегодня в облаках летаешь. Что-то произошло? — шепнула я на ухо, своей соседке, сидящей справа, которая целый день то в окно смотрела, то задумчиво в пол.

— Нет. — так по-взрослому выдохнула девочка. Я в очередной раз поймала себя на мысли, что многие десятилетки из нашей компании, слишком быстро взрослеют. И это не в плане физиологии. Было что-то особенное в их словах, манерах, даже наклоне головы, не говоря уже о серьезных глазах, в которых, казалось, плескался многолетний прожитый опыт. — Я буду по вам скучать. Вы очень многое для нас сделали. — она перебросила темные волосы, стянутые в хвост на другую сторону и снова вздохнула. — Перемены всегда пугают? Это же нормально, бояться чего-то нового?