— Эээ… Я тебя не совсем понимаю. — честно призналась я, пораженная до глубины души словами хрупкой девочки. — Какие перемены? Зачем скучать? Я же прейду на следующей недели.

— Это я помню. Мы все ждем с нетерпением, когда настанет ваша очередь с нами возиться. — улыбка преобразила лицо Ассии, и оно вновь из задумчиво-печального стало по-детски милым. — Вы такие красивые прически всем девочкам делаете… — это да, любила я повозиться с волосами. — Меня тут уже не будет на следующий ваш визит.

— Почему? — немного громче обычного спросила я, чем тут же привлекла к нам внимание. — Гран, продолжай чтение. — сказала я, заинтересованно поглядывающему на нас мальчишке, который и думать забыл о книге в его руках. И лишь дождавшись когда он забубнит, вновь наклонилась к Ассии, состроив выжидающую гримасу.

— Меня отдают на этой недели. Хозяин договорился с управляющей. Уже проходил Отбор, дня три назад, кажется.

— Куда отдают? — уже зная ответ, проскрипела я зачем-то зубами. Во всей Эгзаре был лишь один работодатель, наниматель, которого пафосно называли хозяином.

— В дом удовольствий.

Ну все!

— Продолжайте чтение, я сейчас вернусь. — я пулей проскочила к двери, но притормозив обернулась. — И расскажите мне, чем там дело кончилось. Проверю!

Ависия была женщиной средних лет и весьма крупных размеров. Не то чтобы она отличалась полнотой, скорее производила впечатление опытной пловчихи. Широкие плечи, непропорциональная фигура, лишенная женственных форм. А что же до ее натуры… Тут была еще та загадка-однозначного мнения о ней у меня так и не сложилось.

— Ависия, вы не подскажите, что за Отбор происходит в приюте? — я вскинула на нее сосредоточенный взгляд, женщина стушевалась, но выглядела удивленной. — Дети интересуются о том, как это будет происходить.

— Сания заботится о своих воспитанниках. По достижении 13 лет, каждому воспитаннику дается шанс пройти Отбор и устроиться на работу к нанимателю. В случае неудачи, через год проводится повторный. Стороны договариваются, работодатель вносит необходимую сумму приюту и воспитанник приступает к работе. — излишне сухо рапортовала она. — Еще вопросы?

— Почему сумма вносится приюту? Это покупка живого товара?

— А кому еще? — глаза управляющей округлились. — Приют заботится о детях до 13 лет, предоставляя еду, одежду, крышу над головой, обучение. — тут я не сдержалась и хмыкнула. Ну да, обучение! Один день или два в неделю? — Это все не бесплатное, знаешь ли.

— Знаю. Но еще я знаю, что вы дважды повторили возраст первичного Отбора. 13 лет. Ассии только 10 лет, — лицо женщины тут же озлобилось. — Так почему же она участвовала в этом Отборе?

— Чего ты хочешь? За нее предложили весьма впечатляющий выкуп, именно сейчас. Мы сможем на эти деньги отремонтировать левое крыло, сможем закупить новую одежду детям.

— Наладить жизнь детям ценой жертвы одной маленькой девочки? Я сейчас все правильно услышала? Пока она там будет… — я запнулась, чувствуя как пылает моё лицо. — Остальные будут пользоваться благами, ради которых ее продадут в бордель в десятилетнем возрасте???

— Ты чего так взъелась?! Ее все равно через три года выкупят туда же! Только сейчас сумма гораздо выше, которая принесет много пользы остальным детям!!!

— Это вообще законно??? — я не могла больше слушать этот бред. Даже больше — меня преследовало стойкое ощущение, что ее слова налипают на моё тело грязью, от которой хочется поскорее избавиться.

— Я тут закон!!! Тебе все понятно? — не то чтобы на меня произвело впечатление ее крики и удар кулаком по столешнице, я просто осознала бессмысленность дальнейшего разговора, и поспешила удалиться.

Больше она ничего полезного не скажет.

Впервые за время моего заточения, я проснулась раньше, чем меня начинали тормошить Стражи. Что-то определенно мне снилось, но я совершенно ничего не помнила, кроме некоторых непонятных слов — Джар (почему-то ассоциировалось с Джаззи) и — Ашимар (с особившимся грифоном). Таращилась в потолок пока не послышались приближающие шаги. Наконец-то, состояние, как и настроение, у меня было не очень, и я почти добродушно кивнула вошедшему Стражу.

— Встала уже? Молодец. — похвалил меня Свэр. — Я за Айовой тогда. Обычно тебя приходится дольше будить. — он хохотнул и вышел будить Сохру.

Не теряя времени, я уже привычно натянула серые брюки, завязала узлом большую, для меня, рубашку на животе, натянула сапожки и, вооружившись собственным душистым мылом и расческой, вышла в коридор. Сегодня снова метаться у Приграничья, денек будет не из легких.

— Пожар!!! — заголосила я, во все горло, едва заглянув к Айове в камеру. Девушка сонно отбивалась от напирающего на нее Стража, но после моего крика тут же резко села и испуганно таращилась на Свэра, пытаясь, видимо, понять, как это большой дядя визжал женским голосом. Страж уже ржал во всю.