Он знал, что архитектура станции практически не изменилась. Стены все еще стояли под теми же углами, коридоры изгибались вокруг барабана так же, как и всегда. Воздух пах примерно так же, как пахнет воздух где-нибудь еще. И только лица людей заставляли всё вокруг казаться уменьшенным, приближенным, больше похожим на тюрьму. Лица, и контрольно-пропускные пункты.

Они добрались до своих арендованных апартаментов, и Наоми набила код вручную, ведь их ручные терминалы все еще были заблокированы. Дверь отъехала, открываясь. Когда она закрылась за ними, Наоми осела по ней на пол, как на грани нервного истощения. Холден сел за маленький встроенный стол, и молча распаковывал сумку. Пад тай и красное карри, оба с тофу, оба приправленные так, что у него начинали слезиться глаза от одного запаха. В другой день это могло бы показаться роскошью.

Наоми прошла в ванну, вымыла в раковине лицо, и вернулась назад с каплями воды, все еще цепляющимися за ее волосы и ресницы. Она опустилась напротив него, и зачерпнула вилкой.

– Есть какие нибудь мысли?
– спросила она.

– О чем?

Она прочертила вилкой маленький круг, указывая на комнату, станцию, вселенную. Затем она пронзила кубик тофу, и положила его в рот.

– Еще нет, - сказал он.
– Должен признаться, мне бы хотелось, чтобы те мудаки не пытались убить этого парня, Сингха.

– Или чтобы они сделали свою работу получше, - сказала Наоми, и Холден почувствовал в животе беспокойство. Следила ли служба безопасности станции за их комнатой? Что за идиотская шутка, толкнула их на то, чтобы перебраться сюда? Наоми читала все это на его лице.

– Извини, - сказала она, наполовину для него, а наполовину - для микрофона, который мог быть, а мог и не быть здесь.
– Плохая шутка.

– Полагаю, это снимает консультационные контракты с повестки дня.

– Похоже на то. И Титан.

– Вот жалость. Мне бы понравился Титан.

– Если бы только мы вышли на неделю раньше, - сказала Наоми.
– Тогда все было бы по-другому.

– Да, - сказал Холден. Лапша Пад тай была густой и горячей, и пахла почти так же, как если бы настоящие лаймы и арахис использовались, чтобы приготовить ее. Почти, но не совсем. Он опустил вилку вниз.
– Я не знаю, что делать.

– Ешь, - сказала Наоми.
– И когда закончишь с этим, прими душ со мной.

– Серьезно?
– сказал он. Она подняла бровь и улыбнулась.

После этого они ели молча. Он подумал о том, чтобы добавить немного фоновой музыки, и даже потянулся за своим ручным терминалом, прежде чем вспомнил, что тот мертв. Позже, Наоми положила тарелки и вилки в переработчик, взяла его за запястье, и отвела в ванную комнату. Она снимала одежду медленно, и он чувствовал, как его тело отвечает ей, несмотря на стресс и страх. А может быть, из-за них. Вожделение и тревога смешивались, и становились чем-то, вмещавшим в себя больше одного оттенка отчаяния. Она подняла температуру воды, пока он раздевался, и они остались там вдвоем, обнимая друг друга под теплым каскадом, заливавшим изгибы, в которых их тела образовывали впадины и водоемы. Она прислонила к нему голову, ее губы напротив его уха.

– Теперь мы можем поговорить, - промурлыкала она.
– У нас есть около пятнадцати минут до того, как нормирование отключит воду.

– Ох, - сказал он.
– И опять я думал, что это всего лишь мое мужское очарование.

Она осторожно прихватила его в чувствительном месте.
– Это тоже, - сказала она, и смех в ее голосе был лучшим событием, что произошло за последние несколько дней.
– Нам нужно составить реальный план. Я не знаю, что будет с нашими деньгами. Наша комната снята только до конца недели, и я не уверена, сохраним ли мы ее, или они тут же нас вышвырнут. Или что-нибудь еще, серьезно. Только не в такой момент.

– Мы должны вернуться на Роси, - сказал он.

– Возможно, - сказала Наоми.
– Если это не привлечет больше внимания к ребятишкам. Может быть не к добру, чтобы Джеймс Холден с Росинанта снова оказался в строю. Если это не та драка, частью которой ты хочешь быть.

– Думаешь, мы влезем в драку?

Она переступила рядом с ним, их тела лениво скользнули под струи воды.

– Что бы сказала Авасарала?
– спросила Наоми.

Холден погладил ее маленькую спину, обнял ее, осторожно притянул ее к себе. Нежно поцеловал.

– Что Губернатор Сингх облажался, - сказал он мягко.
– Что закручивание гаек по отношению к врагу с такой жестокостью, показывает ваш страх перед ним.

– Точно, - сказала Наоми.
– Те люди, которые пришли за ним? Это были мудаки и любители. Настоящее подполье только начинается, и там будут профессионалы. Если мы с тобой будем держать нос по ветру, очень, очень внимательно, мы сможем не вляпаться во все это. Но если мы начнем связываться с командой, служба безопасности может подумать, что мы собираем всю банду вместе.