Тут мне в голову пришла неожиданная мысль:

«Может, дракоша мне… нам с Аней лапши навешала на уши по поводу своего происхождения и статуса? И вообще, вдруг она – бог?!».

Мои открывающиеся возможности очень не похожи на те, что присущи магу-человеку, и списать их на брак с женщиной-драконом лично мне сложно. Вон прочие земляне-маги не сильно выделяются и звёзд с небес не ловят. Никто из них. Я же просто уникум. Недавняя шутка Тесака заставила посмотреть на свои способности под очень интересным углом. Нет, нет, я себя богом не ощущаю и точно им не являюсь. Но сейчас думается мне, что без божественного вмешательства тут не обошлось.

Вдруг мне помогает кто-то из богов? Кто-то из них, кто находится в жёстком противостоянии с небожителями, чьи алтари я ломаю, а культы лишаю сил и средств? Если я прав, то это многое проясняет. Но из этого же и следует, что в любой момент я могу лишиться этих заёмных сил. Кто знает этих жителей местного Олимпа, их характер и мотивацию.

Голос супружницы вывел меня из задумчивости:

– Вить, нам лететь пора. Ребята уже вернулись назад.

Я мигом встряхнулся, бросил взгляд в десантный отсек, посмотрел на гвардейцев, которые возвращали пленника в башню и поинтересовался:

– Как всё прошло?

– Всё нормально. Никто нас не заметил, часового не хватились. Мы ещё и все следы замели, как сумели.

– Это хорошо, - кивнул я. – Ну, тогда на взлёт.

На то, чтобы украсть «языка», допросить и вернуть его на прежнее место в невменяемом состоянии ушло меньше пятнадцати минут. Это моё решение оказалось правильным. Так нам удалось сэкономить куда как больше времени чем, если бы мы решили отыскать город с храмом самостоятельно. Уже через тридцать четыре минуты мы увидели городские стены, а спустя ещё пять летающий голем завис в ста метрах над храмом. Способности моего создания вполне позволяли ему быть тихим (возможно, это передалось ему через кровь сов, да и вампиры, чья кровь так же имелась в големе, ночью были тише тени), а тёмная ночь скрывала его от посторонних взглядов. Магией так же было сложно обнаружить мои творения, именно потому Десткару понадобились они в качестве ныряльщиков за эльфийским жемчугом.

Храм находился в трёхэтажном здании, сложенном из крупных тёсанных каменных блоков. Этажи прикинули на глаз, по расположению окон. Размеры были – примерно - пятнадцать на тридцать. Входов было три: главный, который больше походил на небольшие двустворчатые ворота в городской стене, и два второстепенных в виде простых дверей из толстых досок, обитых для прочности металлическими полосами. Все они по причине ночной поры были заперты. Перед главным входом в храм слонялись два стражника в меховых накидках поверх длиннополых кольчуг. Каждый был вооружён копьём с длинным широким наконечником, который можно использовать, как короткий меч, если древко сломается. Они часто останавливались погреться рядом с большой корзиной из металлических прутьев, в которой жарко пылали дрова.

Гвардейцы-нетерисы, спущенные по верёвке на землю, без шума убрали сторожей, прикончив их из арбалетов. Несмотря на то, что у нас имелось огнестрельное оружие, снабжённое ПББСами, пользоваться было решено клинками и арбалетами, чтобы не оставить никаких следов в храме, которые наведут на нас. Ради такого даже арбалетные болты купили в местной оружейной лавке, а не стали делать их самостоятельно.

Тела погибших оперативно оттащили под стену в сугроб и закидали снегом, а их место заняли их убийцы, которые натянули чужие накидки и сапоги, взяли в руки копья. В таком виде издалека или при беглом взгляде в ночи опознать в них чужаков было невозможно.

В вертолёте осталась одна Аня, которая должна была следить за окрестностями и прикрывать нас сверху. Надо ли говорить, что она была против этого? Но взбрыкнувшую девушку я тут же поставил на место, заверив её, что в таком случае это будет её последняя операция и дальнейшем она станет сидеть дома. Может быть, и эти слова не подействовали, но секундная демонстрация в виде взятия под контроль её големодоспеха показали ей, что в любом случае всё будет по-моему.

Оставшиеся разделились на две группы и вошли в храм сквозь запасные двери. Вскрыть их не составило большого труда даже без использования магии. Вообще магией никто не пользовался, даже защитные амулеты сняли. Наша броня могла более-менее сопротивляться заклинаниям и боевым чарам. Мощное и длительное воздействие не выдержит, но я сомневаюсь, что с такими нам придётся столкнуться внутри храма.

Я и гвардеец-нетерис оказались в узком тёмном коридоре после того, как открыли наружную дверь. Коридор привёл нас к короткой лестнице, в конце которой имелась ещё одна дверь, запертая с другой стороны на засов. Послушав и убедившись, что с той стороны даже чужого дыхания не слышно, я взялся за пилку. Чтобы задвижку перерезать у меня ушло три минуты. Всё это благодаря возможностям големодоспеха, без него я возился бы, как бы, не полчаса.

Едва только я открыл дверь и сделал шаг вперёд, как слева распахнулась точно такая же, выпустив двух мужчин в жреческих балахонах. У каждого на поясе болталась дубинка с оголовьем, окованным металлом. В руке один нёс горящий факел. Скорее всего, парочка явилась на шум, без которого никак не удалось обойтись при перепиливании засова.

Щёлк! Щёлк!

Те не успели даже рассмотреть меня с гвардейцем, как в них ударили арбалетные болты. Один жрец свалился кулем, не издав ни единого звука. Второй не то вскрикнул, не то выдохнул от удара в грудь и присоединился к товарищу на полу.

– Перезаряди, - я вручил напарнику свой арбалет, а сам поднял руки параллельно полу, направив их ладонями в сторону распахнутой двери, из которой появились противники. Если покажутся новые, то придётся их встречать шариками из комплекта брони. А этого делать не хочется, так как это тоже след ко мне, слабенький, но след. Здесь плохо распространены арбалеты, которые метают шары, а не болты. И те чаще свинцовые или медные, но не из качественной стали, как мои снаряды.