– Мы их хорошо битумной мастикой промазали, так что несколько лет простоят без проблем, - сообщил мне Цезарь, когда я указал на то, что венцы построек лежат прямо на земле. – И не на земле, а не нескольких слоях рубероида. Попозже ещё стены нужно будет обить несколькими слоями железа от земли до крыши, чтобы от огня хоть немного прикрыть.

– Понятно. Знаешь, даже не ожидал тут такое увидеть, думал, что будет палаточный городок с периметром из «колючки», - сказал я в ответ. – Ловко вы тут всё устроили.

– А то! – усмехнулся мужчина. – Когда за свою волшебную работу примешься?

– Через час-полтора. Кстати, а не слишком узкие дорожки оставили, ведь голем в натуральную величину будет ого-го какой?

– У него колесная колея точно не больше трёх метров, а проезд почти пять. Ещё укрепим бревенчатой опалубкой по краям, чтобы земля не осыпалась. Тем более, здесь грунт сам по себе твёрдый, не какой-то там чернозём или песок, - заверил меня собеседник.

– Ну, хорошо, если так. Ладно, я пошёл готовиться к ритуалу. А ты всех сгони-ка за ров, что ли во избежание всякого-разного.

– Сделаю, - кивнул Цезарь.
– Если что, то зови, Вить.

Мне понадобилось несколько десятков метров многожильного алюминиевого провода, который я намотал виток к витку вокруг алтаря. Перед этим проволоку я пропитал своей кровью. В итоге получилось нечто отдалённо (очень-очень отдалённо) похожее на катушку индуктивности, где роль сердечника играла мраморная плита, а роль проводника – алюминиевая проволока. К каждому концу провода подсоединил цепочку из трёх кристаллов-накопителей самого большого размера, какие только у меня имелись. Каждый камень был уложен в цилиндр из алюминия, обмотанного тонкой проволокой в несколько витков. Все цилиндры последовательно соединялись друг с другом. Моя задумка была в том, что они должны исполнить роль фильтра, подводя к будущему голему только чистую энергию. Шесть камней или справятся с задачей или рассыплются в прах. Если такое случится, то придётся увеличивать цепочку с… эм-м… фильтрами. От последнего стакана каждой цепочки (пусть будет гильзой или обоймой, там…) с камнем, длинный кусок провода подвёл к заготовке для голема. Один конец к передней части игрушки, второй - к задней.

– Ну, с богом… с каким-нибудь из тех, кто на моей стороне, - совсем тихо произнёс я себе под нос, взяв в правую руку черпачок, которым буду поливать алтарь кровью из бака. Левую же руку раскрытой ладонью положил поверх проволочных витков на камне. Заготовку-модельку я уже успел чуть ранее «окропить красненьким».

Когда на алтарь было вылито больше половины тёмно-красной жидкости из бака, я почувствовал, как самочувствие резко ухудшилось. Задрожали ноги и руки, заныла спина, словно я выполняю уже не первый подход в спортзале с большими весами, в висках появилась болезненная пульсация в такт пульсу, а сам пульс и дыхание участились. Перед глазами замельтешили багровые «мушки».

«Чёрт, кажется, в этот раз я не рассчитал свои силы», - мелькнула в голове мысль, понимая, что вот-вот просто упаду без сил рядом алтарём, тем самым оборвав ритуал. И тут вдруг кто-то встал рядом и поддержал меня, не давая свалиться. Миг спустя кто-то ещё подставил своё плечо с другой стороны и голосом Ани произнёс:

– Я помогу!

Буквально сразу же я почувствовал прилив сил. Не так и много их прибыло, но вполне достаточно, чтобы завершить начатый ритуал. Лишь когда последняя капля крови упала на алтарь, я позволил себе отключиться.

Очнулся я, лёжа в кровати, укрытый лёгким, но толстым одеялом до самого подбородка. Состояние, в общем, было неплохим. О недавнем ритуале напоминало лёгкое сосущее ощущение под ложечкой и сонливость. Оглядевшись, я понял, что нахожусь в одном из бараков аванпоста. На это указывали голые стены, свежая желтоватая древесина бревен, из которых они (стены) были сложены и запах свежеспиленного леса, который ещё нескоро пропадет. Для меня при помощи тряпичной ширмы отгородили уголок два на два метра. Никаких звуков рядом не услышал. Тут или все спят, или в помещении никого нет. А хотя…

– Ползун? – негромко позвал я и сразу почувствовал присутствие с той стороны занавески своего самого первого голема.

Миг спустя рядом с моей кроватью возник как из-под земли земляной голем. Эта гора камней, земли, песка, кусочков металла не обладала способности к мимике. Да у этого голема даже лица не было! Но я точно знал, что сейчас Ползун счастливо улыбается, у него чуть ли не текут по щекам слёзы умиления и счастья.

Я протянул к нему руку и он, совсем по-собачьи, ткнулся в неё своей верхней частью тела.

– Ползун, а где все..? На улице..? Позови кого-нибудь, пусть вещи мои принесут.

Голем после моих слов исчез столь же стремительно, как и появился. Буквально через минуту шторка отлетела в сторону, и передо мной появилась Аня, затянутая в «горку» и с бейсболкой светло-коричневого цвета, под которой спрятала свои волосы.

– Витя, ты как?!

– Отлично, Анют, - я широко улыбнулся и сел, накинув на плечи расстёгнутый тёмно-синий спальный мешок, которым кто-то меня укрыл, как одеялом. – А вот смотрю на тебя сейчас и вижу, что ты далеко не в форме. Что случилось?