— Что ты собираешься делать? — Недоумевая, спросил я, хотя все уже было ясно.

— Провести небольшой опыт. — Ответил Феликс. — Согласен, собака — не лучший экспонат, но здесь мыши не годятся, нужно животное с мозгом покрупнее. Поэтому придется Джеку пойти на риск ради научного прогресса. Собаки помогали человеку во все времена, порой ценой собственной жизни. На этот раз никто не будет умирать, я просто введу нашему другу вирус одной идеи.

Тут я, наконец, отпустил сомнения и решил больше не удивляться. С удивлением я обнаружил, что у меня получилось.

— Видите ли, у нашего друга Джека есть одна маленькая проблема: он звереет при виде кошек — начинает лаять, как псих, и загоняет их на деревья. Но теперь у нас есть средство против этой напасти — пси-вирус моей идеи безразличия к кошкам.

— Если честно, все равно не верится. Звучит, как какая-то сказка. — Илья, нахмурившись, чесал затылок.

— Еще бы, столько новой информации за один вечер в твою неокрепшую голову. — Феликс становился все более игривым и резким. Казалось, с приближением задуманного эксперимента, его нетерпение только росло. — Я разрабатывал этот вирус три года, и подробно объяснить теорию в одном коротком разговоре просто невозможно.

— Ну, ладно. — Попытался поверить Илья. — А что с Джеком? Ты хочешь оставить его здесь?

— Вот тут мне и потребуется ваша помощь. — Начал объяснять Феликс. В его голосе уже слышалась надежда, не оставлявшая нам выбора. Еще больше подкупала доверчивая морда Джека. — Он будет продолжать жить в кладовке некоторое время, нужно будет регулярно кормить его, а по вечерам, когда все разойдутся, выгуливать. К сожалению, я не каждый день смогу это делать…

Мы оба с Ильей хотели возразить Феликсу, но точно так же оба передумали. "Будь что будет, — подумал я, — не велика проблема — кормить и выгуливать собаку".

— Хорошо. — Смиренно произнес я. — Для грандиозного научного прорыва это небольшая цена.

Илья лишь утвердительно кивнул, не сказав ни слова.

— Спасибо вам, друзья. Я в вас не сомневался. — Спокойно и радостно изрек Феликс. — Это действительно будет прорыв.

— Ну ладно. Мне пора идти. Похоже, этот дождь никогда не кончится. — Илья, тяжело выдохнув, встал со стула и, не говоря более ни слова, начал собираться.

Мы молча наблюдали за ним, пока он не встал на пороге.

— До завтра. Надеюсь, все пройдет гладко. — Все так же задумчиво произнес он.

— Илья. — Вдруг остановил его Феликс. — Мы договорились, Петровичу ни слова, да?

— Угу. — Ответил Илья после короткой паузы и вышел за дверь.

Мы остались в неопределенном молчании.

— Не переживай насчет него. Он ничего не скажет. — Спокойно заверил я.

— Я знаю. — Феликс задумался на несколько секунд, будто мысленно проходил какой-то сложный путь.

— Феликс. — И я прервал его размышления. — Если серьезно, к чему такая спешка? Почему нельзя дождаться разрешения от Петровича и спокойно, легально провести эксперименты?

— Потому что больше не получится.

— Больше…? — Мне его ответ показался крайне странным.

— Легально мне позволят, в лучшем случае, через месяц. Боюсь, даже месяца у меня нет. — Феликс неотрывно смотрел на меня, видимо, надеясь, что его решительный взгляд окончательно меня убедит.

— О чем ты говоришь? — Тихо спросил я.

— Не спрашивай, Андрей, просто поверь мне.

— Хорошо.

В тот момент я понял, что возражать ему не было смысла и что он все равно, так или иначе, провел бы свой эксперимент. Он достал из сумки тугой жгут и медицинский шприц. Джек бегал перед ним из стороны в сторону, беспрестанно виляя хвостом, готовый к любым героическим опытам.

— Тебе нужна моя помощь? — Спросил я.

— Нет, сейчас я сам. — Ответил Феликс уже совсем спокойно и начал закатывать рукав рубашки. — Иди домой, дождь, и правда, похоже, не кончится.

— Хорошо. Удачи тебе. — Я принялся, не спеша, собираться. — Ночь с грозой, действительно, лучшее время для безумных экспериментов.

Феликс не сказал больше ничего, он полностью увлекся работой. Когда я выходил, он туго стягивал руку жгутом. Я шел по темному коридору и, сам не понимая, почему, с грустью думал о нем. В последнюю минуту он показался мне таким одиноким. Он как будто был загнан в ловушку, в такие моменты человек готов на любые подвиги, чтобы выбраться.

Накрывшись капюшоном, я направился к метро. Проливной дождь ничуть не подгонял меня, я шел, не спеша, по лужам и продолжал думать о Феликсе и его невероятной идее.

Это был один из тех вечеров, когда меня не ждали дома, потому что я ехал на работу. По ночам я часто подрабатывал ди-джеем в клубах, в основном, в одном и том же. Это был один из самых популярных клубов города, поэтому зарабатывал я неплохо — уж точно больше, чем в НИИ. Меня всегда забавляло то, насколько разный контингент окружал меня на двух моих работах. Разумеется, почти никто в НИИ не знал о моей ночной работе, и уж точно знакомые из клубов не догадывались о том, что я еще и ученый.