Вообще-то Шкурникс «забыл» трактирщику все долги, но ведь ему можно было о них и напомнить, если задаться такой целью.

— Затем снова подняли тему азартных игр, и тут ему на руку сыграли жрецы Вартана. А вот заступничество воровской гильдии напротив — помогло обвинить тебя в пособничестве криминальным элементам. Ну и потом припомнили тебе могилу Кхара, связи с ведьмой, конфликт с окрестными деревнями…

— Были объявлены перевыборы, и он победил, — подытожил Ухорез.

— Мы пытались выдвинуть Баргу и даже Жуженя поддержали, но к Детям Корвина отношение тоже испортилось, ты ведь один из нас… А на кузнеца у него оказался какой-то компромат.

— Но я ведь столько сделал для поселка? Шахта, храм, ремесленники, стража…

— Все твои заслуги, кроме храма, он приписал себе или нам, бессмертным.

Даже не дождавшись ответа игроков, Шардон уже знал, кто этот загадочный «он», стоявший за контрактами Кривого и Тыжмы и подсидевший его на посту старосты.

Потому что на листке бумаги, который передал ему Ухорез, было объявление о розыске «Опасного и коварного преступника Шардона», с его собственным портретом, наградой в 5 000 за любую информацию о нем, и наградой в 30 000 золотых за голову «мерзавца».

И листовка была подписана:

«…ваш уважаемый староста и глава городской стражи капитан Геллар».

— Хэй, господина бывшая староста! Шныга тут, сюда смотри! — раздался знакомый голос.

Гоблин бежал к ним со стороны леса, размахивая все тем же Мечом Света, словно флагом.

— Ах да, среди стражников все же остался у тебя один верный сторонник, — ухмыльнулся Ухорез, — мы тут за ним присматривали.

«Присмотр» клана бессмертных отразился на зеленом коротышке ростом аж до 10-го уровня и получением специализации. Теперь он был не просто воин, а Страж. Мастер защитных тактик, усиливающих аур и отвлечения врагов на себя. Разумеется, в отдаленном будущем.

Но для телохранителя со сверкающим клинком паладина — очень даже подходящий архетип.

— Теперь Шныга будет совсем хорошо охранять господина бывшая староста! — важно заявил тот, эффектно вгоняя клинок в ножны.

— Разве ты не должен быть с капитаном?

— Капитана злая совсем. Громко орать и обижать Шныга. Господина бывшая староста — хорошая, добрая. Пиво вкусное, — закончил важнейшим аргументом гоблин.

— Кстати да, насчет трактира. Новый староста попытался наложить на него свою лапу, а когда не вышло — то затребовал скидку в пол цены для представителей стражи. Сошлись на четверти, так что теперь там от стражников не продохнуть. В «Пивном Бароне» тебе лучше не появляться. Да и вообще в поселке, если честно.

Анализ отношения жителей Заповедника Кхара: 58%.

Несмотря на то, что он больше не был старостой и лишился своих полномочий и дополнительного интерфейса управления поселком, уже изученные умения у Шардона остались, как и полученные с их помощью возможности.

Например, отслеживание репутации персонажей.

А еще все базы данных о них и о каждом строении Заповедника Кхара, которые он скопировал себе в память, вместе со всеми диалогами и квестами. Пользоваться ими ИскИн не мог, зато мог изучать и анализировать.

— Спасибо за информацию. И за помощь.

— Мы по тебе скучали, — ухмыльнулся Тактикус, — Вон, Ухорез аж побледнел и похудел весь на нервах, как ты там, в плену у озабоченной ведьмы.

— Возможно, он просто забывает потреблять суточную норму питательных веществ, необходимых его организму? — предположил Шардона.

Игроки рассмеялись — забавный «непись» был в своем репертуаре, несмотря на все случившееся. Они не стали рассказывать ему о том, что совет клана всерьез думал отказаться от поддержки ставшего проблемным трактирщика и переключиться на какого-нибудь другого, более перспективного неигрового персонажа.

К тому же, все равно почти единогласно Дети Корвина проголосовали за рыжего бармена, к которому успели привыкнуть и считали его «своим Бароном».

Анализ отношения жителей Заповедника Кхара: завершено.

— Мне нужно поговорить с кузнецом Баргой и с мастером Шэдоу, — заявил Шардон.

Бессмертные озадаченно переглянулись.

— А у нас как раз есть послание для тебя, — после недолгой паузы отозвался Тактикс.

Он передал трактирщику бумагу, на которой на воровском шифре было написано: