Темный владыка вздрогнул.

— Каким же ты иногда бываешь глупым, — удивительно тепло улыбнулась Гончая, подойдя к нему вплотную. — Хоть и живешь в несколько раз дольше. Конечно, я помогу, Тиль. И сделаю все, чтобы ты утер нос своему совету. Даже если для этого мне придется сделать тебе больно.

— Бел! — ошарашенно воскликнул Ланниэль.

— Да, — повысила она голос, снова переходя на всеобщий. — Ты прав: это было жестоко. Но в Проклятом лесу не бывает по-другому, и я хочу, чтобы вы понимали это уже сейчас, потому что времени учиться ни у кого не будет. Я хочу, чтобы именно здесь вы приняли окончательное решение: идете ли вы до конца или поворачиваете обратно. — Гончая окинула холодным взглядом растерянных спутников. — На той стороне я не стану мягче или снисходительнее. За промедление или отказ я накажу любого. Даже тебя, Тиль, потому что от этого будет зависеть моя жизнь. Сегодня я показал, что бывает за ослушание. Будь на вашем месте мои псы, я бы одного добил, чтоб не мучился, а второго покалечил, чтобы навсегда запомнил, насколько я не люблю возражений. Но вы не они. Вы не знаете того, что положено знать им. Поэтому я никого не тронул и поэтому же стою тут, как дурак, и разжевываю то, на что со следующего дня у нас не будет ни одного лишнего мгновения. Проклятый лес — это зверь, чуткий, внимательный и опасный. Он, как я уже сказал, не прощает ошибок, и ценой за каждую вашу оплошность станет чья-то жизнь. Сегодня это были бы Тиль и Брон. Завтра, быть может, Лакр или Терг… И пусть сейчас этот зверь дремлет, пусть я могу провести вас наиболее безопасной тропой, но это не значит, что кому-то станет легче. Вам придется бежать тогда, когда скажу я, прыгать туда, куда велю. Есть, спать и ковырять в носу исключительно в тот момент, когда я дам на это время. Никаких самостоятельных решений. Никаких шуток и веселья, потому что за каждый шум вам придется кем-то заплатить. Завтра вы будете бежать так, как делали это сегодня. Вы устанете, будете подыхать от жажды, станете проклинать все на свете и все равно побежите, потому что остановиться там — значит умереть. Вот для чего я дал вам возможность почувствовать то, что доведется испытать там. Вот для чего привел сегодня к паукам. И показал все последствия вашей самодеятельности. Надеюсь, претензий больше нет?

Наемники сжали кулаки, только сейчас осознав, насколько же ловко их подставили с этим логовом. Заставили отступать, теряться, почти впасть в отчаяние, а потом загнали чуть не до полусмерти и спокойно сообщили, что это ради их же блага. Все лишь проверка. Очередная и, быть может, не последняя!

Тирриниэль на долгую минуту закрыл глаза, пытаясь справиться с эмоциями.

— Хорошо, Бел, — наконец сказал он. — Возможно, ты прав: я действительно не понимал, что делаю.

— Теперь понял? — совершенно серьезно спросила Гончая.

— Не знаю. Наверное.

— Тогда прими мои извинения и постарайся не злиться, ведь тебе тоже приходилось принимать нелегкие решения и разрываться между большой и малой пользой для своего рода. Полагаю, ты все-таки предпочел бы большую пользу, даже если это значило бы в чем-то ущемить себя, любимого.

Эльф медленно кивнул:

— Я не ждал от тебя подвоха.

— Мне не оставалось ничего другого: ты должен был понять это, чтобы в следующий раз остаться на месте до того момента, пока я не разрешу вмешаться. Даже если при этом тебе будет казаться, что я вот-вот помру. Знаю, это жестоко, но, когда я водил за собой Гончих, не было случая, чтобы новички поняли все до конца и только со слов. А тобой я не мог рисковать и не мог не проверить. Хотя, конечно, не ожидал, что ты окажешься настолько… сумасшедшим.

Тирриниэль кинул быстрый взгляд на перетянутый обрывками ткани живот Белки.

— Она тебя задела?

— Немного, — отмахнулась Гончая. — Кольчуга, конечно, в клочья, но на коже — просто царапины. Плохо то, что я головой приложился и упустил несколько капелек крови. Да еще с мечами наследил — торопился. Пришлось подчищать, чтобы гости внезапно не нагрянули.

— «Нектар» возьми, что ли? — неуверенно подал голос Ланниэль. — И отвар уже поспел.

— Мне он не нужен. Лучше разделите на всех, чтобы завтра не спотыкаться на бегу. И ложитесь отдыхать: сегодня был трудный день. Даже для меня.

— Да? А погоня?

— Ты про собаку? — поморщилась Белка.

— Не боишься, что к ночи сюда прибудет наш хвост? — беспокойно привстал Картис. — От пожара такой след остался, что можно вслепую отыскать.

— Ты ж не считаешь, что я зря вас по воде все время гнал?

— Мы слышали крики, — деликатно напомнил Стрегон.

— Да, мне попался на глаза небольшой отряд агинцев, [4] а я их еще с прошлых времен недолюбливаю. С ними и пес эльфийский был, — пояснила Гончая. — Я его как выловил, так и удавил, чтобы воздух не портил. Кстати, Тиль, ты снова оказался прав: с ними шло двое магов, проводник из местных рейдеров и один эльф. Темный.

Владыка Тирриниэль нехорошо прищурился:

— Убил его?

— Разумеется. Он не был похож на неразумного мальчишку, которого держали в неведении по поводу истинной цели этой охоты. А когда я малость надавил, то он вежливо признался, что рассчитывал на изрядный куш от твоей драгоценной головы. Род Таррис, как ты помнишь, находится не в числе сильнейших, а ему, как последнему и самому непутевому отпрыску, и вовсе ничего не светило. Поэтому он решил исправить ситуацию. И он сказал, что отрядов за нами идет не два или три, а десять: четыре — с Большого тракта, еще три — с Северного, два (ну, теперь уже один) — напрямик через межлесье и последний — от первой заставы. Думаю, завтра нас нагонят, так что надо будет хорошо подгадать со временем. А еще мне этот «говорун» признался, что в каждом отряде есть по два-три неплохих мага. Правда, в основном люди. И как минимум три десятка наемников. Но тем не менее братьев… я удивлен… ни одного не прихватили!

— Правильно. Потому что я запретил им на время брать большие заказы. А что совет?

— Да этот дурак ни Торка не знал про истинное положение дел, просто ввязался по глупости и жадности. Так, приблизил его некий ллер Гиарас из старшего дома и тут же отправил от себя подальше. Ты ведь о нем уже знаешь? Ну вот. Говорю же: очередной болван, позарившийся на славу покорителя магов. Но поскольку этот хлыщ собирался тебя убить, то я от него избавился. Проводника, правда, отпустил, потому как он тут ни при чем, а вот с агинцами пришлось повозиться, чтобы их приняли за жертву нападения одной нашей знакомой паучихи. Вывозился я, конечно, как свинья, но по-другому никак: вряд ли кто-нибудь поверит, что она убила их эльфийским клинком. Вот и пришлось… мм, подражать.

Ланниэль ошарашенно разинул рот:

— Ты их что, руками?

— Не напоминай, — поморщилась Белка. — До сих пор мутит. Зато там такая красота получилась, словно на той лужайке не я, а настоящий монстр порезвился.

Стрегон неловко кашлянул:

— А по пути ты кого успел выловить?

— Лучше не спрашивай, — посоветовала она. — Не то кошмары замучают, а мне бы хотелось, чтобы хоть эту ночь ты спал спокойно.

— Спокойно? Рядом с тобой? — не поверил пришедший в себя Лакр.