Белка внезапно отвела глаза и тяжело вздохнула:

— Я просто рвусь на части, Тиль! Мечусь во все стороны раненой хмерой и теряю себя! Только одно меня еще держит, ради него живу, но это так тяжело!..

Владыка Л’аэртэ осторожно присел рядом, ободряюще сжав ее плечо, но Белка вдруг не выдержала и прижалась, впервые в жизни ища у него помощи и понимания. И эльф молча обнял ее за плечи, уткнулся щекой в растрепанные каштановые волосы и тихо выругался про себя, прекрасно понимая, кто во всем этом виноват.

Белка… Она всегда была невероятно сильной. Ничего не боялась. Ни у кого не просила пощады. Но теперь, кажется, едва держалась, чтобы не закричать в голос подобно смертельно раненному зверю.

— Я все исправлю, малыш, — торопливо прошептал эльф, придерживая ее подрагивающие плечи. — Клянусь, я найду его. Я все продумал: надо только правильно активировать ключи и стабилизировать внешнее поле… Да, у нас больше нет Траш и Карраша, но твоих сил должно хватить.

— Но я не могу! — бессильно простонала Белка. — Не могу туда даже подойти, понимаешь?!

— Я тебя прикрою, малыш. Не волнуйся: я все возьму на себя. Тогда ты сможешь нам помочь, а портал не пострадает.

— Ты? — замерла она, словно только сейчас ощутив на спине сильные руки. — Ты возьмешь на себя мою магию?

— Больше это никому не выдержать, — вздохнул Тирриниэль. — Это была моя вина, так что я очень постараюсь. На самом деле это не так трудно, если не смотреть в глаза.

Гончая, опомнившись, вдруг отстранилась.

— Нет, Тиль. Я не хочу, чтобы ты так рисковал. Да и не выйдет у вас ничего: ключи слишком сильны. Даже когда их только два.

— Да, — неслышно отозвался владыка. — Но я уже думал над этим и пришел к выводу, что для обеих частей ключа нужен противовес. Нет, не ты, конечно, — у тебя будет иная задача, а, скажем так, еще один источник. Равный или почти равный им по силе.

— У нас такого нет, — тихонько шмыгнула носом Белка, старательно пряча глаза. — Третья часть ключа исчезла из Интариса несколько веков назад. Там как раз дворцовый переворот случился, помнишь? Один дурак пытался сцапать амулет, но в последний момент обнаружил, что вместо ключа в тайнике находится подделка.

Тирриниэль устало прикрыл веки.

— Жаль, что мы его упустили. Даже светлые не смогли его найти, хотя у них были все шансы.

— А когда частей только две, нечего и пытаться трогать портал — вас разорвет на месте.

— Нет, — странно улыбнулся Тирриниэль, осторожно погладив вихрастую макушку Гончей. — Потому что я не об этом противовесе говорил.

— А о чем тогда?

— О маге, в котором текла бы та же кровь, что и в Изиаре. Который сумел бы удержать эту мощь и замкнул круг. Пусть ненадолго, но пары минут нам бы хватило, чтобы перенаправить потоки от второй части ключа и объединить их в один луч.

Белка, замерев на месте, внезапно нахмурилась:

— Но это убьет твоего мага.

— Совсем необязательно.

— Нет, Тиль. Даже у Тира вряд ли хватит сил, чтобы бороться с наследием Изиара. Даже вместе с Тебром или Мелиссой… Но я никому из них не позволю вмешиваться! Даже ради Таррэна!

— Я не пущу туда ни Тира, ни Тебра, — мягко улыбнулся владыка Темного леса. — Никого не пущу, потому что ты прав: это опасно.

— Вот именно. Так что забудь о дурном маге, собравшемся себя укокошить столь неприятным обра… — У Гончей вдруг расширились глаза от внезапного понимания. — Нет! Тиль, только не говори, что хочешь сделать это сам!

Владыка Тирриниэль отвел потяжелевший взгляд, и Белка в ужасе отшатнулась:

— Сумасшедший! Это тебя убьет!

— Может, и нет, — торопливо принялся оправдываться эльф. — Никто не знает, что случится, если третий источник будет живым.

— Потоки разорвут тебя на части! Дурак! Да как ты посмел даже предложить такое?

— А как еще? — возразил эльф, в отчаянии ухватив ее за локоть. — Мальчишек я туда не отправлю. Милле рисковать не позволю. А я… По крайней мере, это лучше, чем ждать, постепенно теряя надежду. И гораздо лучше, чем смотреть, как медленно сохнет твоя ветвь…

Белка ошеломленно моргнула.

— Ты действительно умираешь, — горестно прошептал владыка Л’аэртэ. — Без Таррэна ты гибнешь, как не политое вовремя дерево. Он горел для тебя. С ним твоя кровь становится не такой яростной, как раньше, а с тобой его огонь переставал быть таким жгучим. Вы одно целое, Бел. Если что-то случится с тобой, то и он погибнет. Если исчезнет он, то тебе тоже не выжить. Узы крови никто не в силах отменить. А ты… Твоя ветвь уже начала вянуть. Ты правильно чувствуешь: без него ты сжигаешь себя заживо, слабеешь с каждым годом, и это — исключительно моя вина!