Матвей не смог бы ничего больше сделать при всем желании. От постоянных перемещений его едва не выворачивало, зрение ухудшалось с каждой минутой, а лицо грозило вот-вот взорваться.

Неожиданно стало заметно светлее. Воздух посвежел, звуки битвы как будто остались за спиной.

«Поздравляю, — теперь в голосе ведьмы чувствовалось облегчение. Брульгром в это время еще дважды телепортировался. — Вам удалось покинуть тюрьму. Даже если кто-то из инквизиторов или стражников это заметил, у них сейчас есть чем заняться. Портал будет в паре километров отсюда, дай мне поговорить с Брульгромом».

Матвей извернулся, приложил ладони к вискам существа. Выслушав указания ведьмы, тот продолжил рывками перемещаться по игровому пространству, отчего Климов уже едва не терял сознание. А когда на него обрушилась лавина знакомой боли, он понял, что покинул «Ландруну».

Квест третий: Оцифрованные — 6

— Вот и прекрасно, — ведьма кивнула. Выглядела она довольной, хотя все еще взволнованной. А Матвей, наконец, распрощался с ощущением, что горящее лицо вот-вот лопнет, и мог снова нормально видеть. — Признаться, я ожидала, что трудностей будет больше. Ты и Брульгром отлично сработались, и это безусловно поможет, когда наступит пора ему выполнить свою часть договора. Пока что нашему новому союзнику нужен покой и небольшое лечение. Пребывание в инквизиторской тюрьме, знаешь ли, не самым лучшим образом сказывается на здоровье, неважно, человек ты или представитель иного вида.

Климов сидел на том же самом столе в лаборатории Цитадели безумных некросов, пока что пребывая в теле Вольфганга, и время от времени поглядывал на собственное — неподвижное, с бледным лицом, питаемое эликсирами.

— Фурментис сейчас занят, поэтому придется подождать час или два, — ведьма прекрасно понимала, что больше всего Матвею хотелось вновь стать самим собой. — Ты можешь потратить это время с пользой. Разум Вольфганга сейчас в твоем полном распоряжении, почему бы не узнать побольше об инквизиторах? Я не могу быть уверенной, что в будущем ты не столкнешься с ними. И чем больше тебе будет известно о враге, тем легче его одолеть.

Матвей не ответил. Ему совершенно не хотелось копаться в чужой памяти. Его беспокоило иное, и для ведьмы не было секретом, что именно…

— Да, как ты помнишь, я и прежде отправляла в виртуальные миры живых людей. Их было пятеро, двое погибли, трое все еще здесь, на грани жизни и смерти. В том, что с ними случилось, отчасти и моя вина…

— Отчасти? — Климов прищурился, глядя на ведьму. Пальцы непроизвольно сжались в кулаки. — Вы украли их, заставили работать на себя, рисковать жизнью. Мучили, раскладывая живых людей на нули и единицы…

— Более того, наделяла их особыми умениями, что тоже малоприятно, — ведьма кивнула, явно не собираясь отрицать обвинений Матвея, но того не обескуражил этот ход. — Большая часть того, что ты думаешь обо мне, справедлива. По человеческим меркам я настоящее чудовище. Похищаю талантливых игроков, использую в качестве инструмента, причем очень грубо, а затем отправляю в утиль. И все ради каких-то туманных целей. Так это выглядит в твоих глазах, верно?

— Верно, — с нотками вызова ответил Матвей. Пережитые в инквизиторской тюрьме страх и боль требовали выхода. — Так оно и есть.

Ведьма неожиданно погрустнела. Некоторое время она глядела в никуда, потом еле слышно произнесла:

— Что же, пускать так и будет до поры, до времени. Я очень надеюсь, что именно с тобой закончу работу, потому что не хочу новых жертв. И очень надеюсь, что когда ты поймешь мой план, то изменишь свое мнение обо мне. Однако на данный момент твоя злость даже кстати, особенно если она в пределах разумного. А чтобы ты не терял голову, позволь провести небольшую экскурсию. Раз уж ты вспомнил о своих предшественниках…

Матвей догадался, что, а вернее — кого, хочет показать ведьма. Он одновременно и хотел увидеть их, и боялся. Наверное, похожие чувства испытывают больные в ожидании вердикта врачей.

— Идем, — ведьма направилась к комнате с диваном и вирт-капсулой. — У них давно не было посетителей, кроме меня, Брутуса и Мирона.

Спрыгнув со стола, Климов пошел за ведьмой. После череды телепортаций все еще мутило, в ногах ощущалась слабость. Да и сердце пока что билось чаще положенного.

Миновали бывшее логово отшельника Ксандра, поднялись по винтовой лестнице и оказались в том же коридоре, где располагалась комната Пиропсиха.

— Нам прямо, — сказала ведьма. — Когда будем проходить через дым, задержи дыхание.

Красные клубы дышали сыростью и беспрестанно ворочались. Перед тем, как нырнуть в дым, Матвей не только перестал дышать, но и зажмурился. Так, в темноте, он сделал три десятка шагов, после чего услышал голос хозяйки убежища:

— Можешь выдохнуть и открыть глаза. Закрывать их, кстати, было необязательно, но подобная осторожность похвальна. Очень надеюсь, что она поможет тебе не попасть сюда.

«Сюда» оказалось светлым и просторным залом, который был отделан серым шершавым камнем и наполнен резкими запахами больницы. По куполообразному потолку скользили зигзаги молний, вдоль стен, как и в лаборатории, выстроились полки со склянками, горками порошков, пучками трав, инструментами.