– Белое перышко! – вдруг закричал Фет, быстро побежав в сторону колодца.

Я замерла на секунду. Казалось, что кот подавился гигантской мышью. Изо рта его торчал длинный хвост и кружился по часовой стрелке. Фетула быстро схватил кота за шкирку и стащил его с лавки.

– Ну же! – кричал Фет. – Выплевывай этого дурацкого червяка!

Белое перышко когтями вцепился в грудь Фетулы и бурно срыгнул черную слизь. Лапы кота ослабли, живот содрогнулся и обмякшее тело его рухнуло вниз.

– Что с ним? – крикнула я, в ответ тут же услышав жалобное мяуканье.

– Уже который раз он пытается съесть землю, – поглаживая кота ответил Фет.

Я подошла ближе. Белое перышко крепко спал. Втянул живот и подогнул лапки.

– Так жутко, – подумала я вслух.

– Не то слово, – ответил Фетула, стряхивая с колен землю.

– Мы ведь не оставим его здесь?

– Оставим.

– Вдруг он погибнет? – озабоченно спросила я. – Этот кот столько жил. Повидал все на свете и мудростью своей делился с кошками других семей.

– Он ведь бездомный? – задал Фетула встречный вопрос.

Присев рядом с Фетом на лавку, я кивнула, ответив:

– Бездомный.

Огни вокруг города все усиливались. Зажегся свет возле дома культуры, где по тропинке гулял, сунув руки в карманы, пожилой охранник. С севера подул холодный ветер. Просочившись через мое платье, он нагнал мурашки и тут же согнал их, будто давно хотел прикоснуться ко мне.

– Как он? – спросила я Фетулу.

– Он еще поспит, а потом побежит дальше.

Я вспомнила о перышке кота.

– Ты видел, что у него на хвостике?

– Конечно, – улыбнулся Фет.

Затем он повернул ко мне лицо и попробовал меня поцеловать.

– Сюда можно, – быстро подставив щеку прошептала я.

Было тепло и мягко. Закрыв глаза, я еще долго сидела в одном положении. Коленки согнуты и прижаты друг к другу, спина выпрямлена, руки по обе стороны вжаты в скамейку.

Фетула вдруг промычал:

– Ммм, – сказал он.

Обернувшись в его сторону, я поинтересовалась:

– Что говоришь?

– Проснулся, – мягко прошептал Фет, будто не хотел разбудить кого-то. – Белое перышко проснулся.

Кот проводил нас до самого кафе. Вместе с ним мы прошлись по школьной тропинке, краями обуви задевая осоку. Поднялись на мост неприметного пруда, воды которого питали корни повислых берез. Играючи блуждая между нашими ногами, перышко то и дело откашливался и чихал, но держался крепко – жалобно не мяукал.

Не досчитав десяток шагов до входа в кофейню, кот игриво мяукнул и побежал в сторону лавки «Сосисочная».

– Сосиску захотел? – риторически спросила я Фетулу. – И гляди, как он хвостиком замахал. Не уж то аппетит проснулся.

– У меня он точно просунулся, – сказал Фет, поглаживая живот так, будто уже наелся.

Мы прошли в кафе и сели за стол.

– Что будем заказывать? – окликнула я Фетулу. Не поднимая глаз, я продолжила листать меню с горячими и холодными блюдами. Салатами, напитками и десертами.

– Заказывай, что хочешь, – ответил Фет. – Папа дал мне семьдесят пфеннигов. Сказал, чтобы я хоть раз в жизни от души погулял.

Я подняла брови и тут же поймала встречный взгляд Фетулы.

– Это он шутит так, – пояснил Фет.

– Уж поняла, – скромно улыбнувшись, ответила я.

Словно по команде, мы вновь уставились в меню и еще долго не подавали признаков жизни. Наш столик располагался в углу дальней комнаты, куда редко заходили официанты. Полноватая девушка высоченного роста ходила от гостя к гостю, добавляя в заказной лист всяческие пожелания. Кому льда добавить, кому подложить рис. Напротив нас, прямо за спиной Фетулы, сидела женщина с прожорливым ребенком. Маленькое дитя проворно уплетало гречу, запивая ее молоком. Девочка это была или мальчик, определить у меня так и не вышло. Волосы средней длины, щечки румяные. Одежда тонов спокойных. Голоса ребенок так и не подал.

– Ты хотела поговорить о снах? – в лоб спросил у меня Фетула. Он медленно резал котлету. Это был уже пятый кусочек. Сочная, пряная говядина.

Допив стакан морса, я, отдышавшись, ответила:

– Папа сказал, что видел тебя сегодня днем.

– Видел, – подтвердил Фет. – Я шел с прогулки. Неважно чувствовал себя, но все же остановился и рассказал, что знаю о твоем недомогании.

– Что знаешь?

– Ты не ходила в школу, – начал Фетула. Прожевав картошку, он смочил горло грушевым лимонадом и продолжил: