Улыбнувшись воспоминаниям, я посмотрела на начищенную вывеску. Вот уж здесь точно не было проблем, хоть кто бы стоял у власти и хоть какие-бы войны не творились вокруг.

«Публичный дом Исы» явно пользовался популярностью и оборванок, вроде меня, тут не привечали. Пусть я и прошла с черного входа, охранники чуть не спустили с крыльца, так что пришлось обратиться к магической защите, чтобы меня не выгнали. А потом и вовсе заорать так, что Дариш закрыл уши руками, а у охранников упали челюсти:

– Иса-а!!!!

Раздалась отборная брань и вот уже в конце черной лестницы стоял владелец заведения.

– Тьма...
– просипел он, чуть ли не кубарем спустился вниз и сжал в медвежьих объятиях. Потом увидел Дариша, глаза его удивленно расширились и он осел прямо на ступеньки.

– Тьма, - снова повторил он.

– Неть, - обиженно выпятил губу Дариш, - Свет.

Когда-то давно, так давно, что лишь Бессмертные были тому свидетелем - их сейчас и не расспросишь, но письменные доказательства остались - четыре планеты, плывущие в бескрайних объятиях Вечности, оказались рядом и вложились одна в другую, от меньшей к большей. При этом внутренние миры ни в какой мрак не попали, а остались при своем же воздухе, луне, солнце и звездах. Только небо стало разного цвета: нежно-голубое в верхнем Мире Грез, фиолетовое в Мире Корон, желтоватое в Мире Земли и багряное в Мире Ядра. Материки поменяли свои очертания, верхний мир и вовсе большей частью ушел под воду, под беспощадным сиянием Света, а в нижнем вздыбилась сама Тьма. Большинство существующих на этих планетах рас пусть частично, но выжили; перенесли многочисленные катаклизмы, войны, взаимное уничтожение, закалились и научились сосуществовать рядом с друг другом.

Именно при Вложении в Мире Корон столкнулись и наползли друг на друга несколько континентов, благодаря чему образовался Великий, самый большой - раз в пять больше против еще двух, что чуть ли не дрейфовали во Всеобщем океане; ну а места соединения грубыми шрамами обозначили многочисленные горные цепи, в том числе длинный хребет Уаскаран, который, самым краем, зацеплял сейчас Суэлтаро, а затем шел строго с севера на юго-запад, отделяя естественным путем от центральной части государства Ламбаеке, Мисио-сур, частично, большую империю Транкар, и несколько мелких герцогств, среди которых был и Самрат.

Может потому мы всегда чувствовали себя неким особым сообществом, географически выделенным в самостоятельную часть; может еще и потому, что издавна эту местность заселяли только люди. Для моего Дома это представлялось важным; и предки рода Монтаро и мой отец настаивали на добрососедских отношениях и с негодованием отвергали предложения, вроде того, что Энит рискнул высказать моему отцу -о порабощении окружающих государств. Но времена, похоже, изменились. Удар в спину от аль Самрата был тому доказательством; как и нынешние стычки с соседями, решившими, похоже, поделить территории, оказавшиеся без хозяйской руки. Это стало для меня огромной болью. Ведь мы говорили не просто на одном языке, но с одним произношением; имели схожие системы управления; наши семьи неоднократно переплетали свои судьбы в далеком и недалеком прошлом, а наши дети смотрели друг на друга как на друзей и, практически, одну семью.

Одну расу.

Даже архитектура наших городов была схожей, центрально - лучевой. В Суэлте от большой площади в центре шли к городским стенам прямые улицы, делящие город на пять частей: западную, самую низкую и хаотичную, много раз перестраиваемую из-за потихоньку расширяющейся территории порта, который располагался в глубоко врезавшейся четкой запятой залива. Побережную, тихую и продуваемую ветрами, растянутую фактически по морским обрывам. Восточную, самую многолюдную, заполненную многочисленными особняками, домами попроще, учреждениями и лавками, стремящуюся вывалиться из основных городских ворот. Северную где вперемешку жили чиновники и военные, располагались Академии. И Верхнюю, принадлежащую благородным - именно с той стороны на холме стоял королевский дворец, имевший свои собственные крепостные стены и бывший сам по себе укрепленным городком.

Такое устройство предполагалось самым безопасным на случай, если по каким-то причинам жителям города придется бежать из столицы, потому как это позволяло иметь пять независимых друг от друга выходов.

Подобное бегство, как я помнила из истории, случалось дважды.

Первый раз еще при основателе города, когда внезапно появившаяся огромная волна пришла из глубины океана и обрушилась на город смертельным ударом, уничтожая постройки и вымывая из домов и с улиц живых существ. Многим удалось спастись, забравшись на возвышенности и использовав «верхние» выходы.

Второй раз к уничтожению были расположены не природные силы, а осадившая нас объединенная армия неприятных, мелких и клыкастых существ, хорошо хоть не владевших магией, изгнанных из мира Земли и решивших, что мир Корон весьма привлекателен для их проживания. Было это порядка двух тысяч лет назад. Тогда многие государства, большие и малые, пострадали от нашествия «грызиков», как ненавидяще их прозвали простые солдаты; в Суэлтаро также не все прошло гладко. Незнакомая своим поведением армия волной катилась от самых наших границ, вынуждая выживших фермеров и простых горожан бежать, укрываться в столице. И вроде бы не было от них спасения, но мой предок, гениальный военачальник, заручившись помощью прибрежных соседей, пошел на тактическую хитрость. Он позволил - именно позволил - врагам осаждать столицу столько времени, сколько ему понадобилось, чтобы увезти всех жителей тайно, по ночам, на кораблях; и когда ни единой лодки, ни единого человека кроме магов, могущих перемещаться порталами, не осталось, распахнул ворота. «Грызики» рванули внутрь, а подошедшие с обратной стороны солдаты заперли столицу и подожгли её.