Хаджар еще раз отпил из пиалы.

– Да и к тому же, учитывая количество разбившихся на этих скалах кораблей, наводит на мысль, что император Ласкана просто не может не знать, о сложившейся ситуации.

Хельмер слегка сощурился, но продолжил молчать.

– И этот твой мотив мне ясен, – Хаджар скрестил руки на груди. – Как и ясны мотивы императора. Корабли ведь летали вовсе не по душу демонов, а за крылатыми змеями. И разбили их совсем не ветра, а сами животные.

– Ты не останавливайся, – приглашающе взмахнул рукой Хельмер. – продолжай. А то я пока еще не вижу своего мотива в этой истории.

– Я тоже долгое время его не видел, – кивнул Хаджар. – пока не посмотрел на ситуацию со стороны…

– И тогда я задумался, а для чего императору оставлять не вырезанной на теле своего государства опухоль, которая может заразить весь организм, – Хаджар, не без труда, поднялся на ноги и подошел к обрыву. Взяв по дороге осколок корабля, он оперся на него как на костыль. – И понял, что тот, таким образом, сдерживает другую болезнь – орков. Пока те бьются с демонами, а последних сдерживает ущелье, то на границе наступает некий баланс сил. Баланс, который ты, моим руками, нарушил.

– Все еще не вижу моего, в этом, участия, – покачал головой Хельмер.

Демон игрался с один из черных комков. Он, пропуская его между пальцами, катал будто опытный мошенник монетку.

– Если честно, я тоже не вижу резона для тебя, демона, ускорить начало войны между Дарнасом и Ласканом. Но, как мне кажется, орки, которые теперь не видят для себя повода сдерживаться из-за Да’Кхасси не ограничатся территориями Ласкана.

– Ну, устроят они набеги на приграничье Дарнаса – в чем проблема? Как это ускорит начало войны.

– Так, что в глазах императора Дарнаса, как и Ласканского, они подданные именно Ласкана. И их масштабное нападение на приграничные форты, станет тем самым поводом, которого так ищет Дарнасское военное руководство.

– Ты собираешься уже рассказать мне, почему винишь в произошедшем меня.

Хаджар посмотрел на спокойного Хельмера, а затем на бегающие вокруг него черные комочки.

– Не думаю, что война империй – часто явление, – Хаджар пнул от себя один из комочков. Тот, грозно сверкнув глазами бусинками, помчался к своим соратникам. – И, думаю, это явление жуткое. Сотни тысяч, миллионы, окунуться в кошмар на яву. И, понятия не имею, как такие существа как ты, становятся сильнее, но, что-то мне подсказывает, что от порции подобного количество кошмаров, их Повелитель не откажется.

И вновь на сером лице демона сверкнула жуткая полуулыбка.

– Гипотетически, мой юный друг, лишь гипотетически, – Хельмер опустил ладонь и комок страха, с которым он игрался, кинулся обратно в рой. – в этом ты прав. Но война все равно, рано или поздно, началась бы. Зачем же мне идти на подобные ухищрения и действовать в непосредственной близости к грани законов Неба и Земли?

– Ради Аркемейи, – ответил Хаджар. – Понятия не имею, зачем она тебе сдалась, но именно ради неё ты и заварил все эту кашу.

– И каким же образом? – Хемельер сложил пальцы домиком и откинулся на спинку стула.

– Наслал кошмар на орка шамана. Тому показалось, что он видел видение. Шепнул на уши Ярости Медведя, который уже потерял одного сына в битве с Да’Кхасси и не был объективен.

Хельмер кивнул.

– Родственные узы, – презрительно фыркнул демон. – они делают воинов слабее, а их врагов – сильнее.

– Не соглашусь, но сейчас не об этом. Так вот – дальше, вписав в эту историю меня, чего я пока еще не понимаю, ты отправил нас к землям Да’Кхасси, на которых всем, в том числе и богам, было плевать. Хотя, признаю, их упоминанием ты почти сбил меня со своего следа.

– Упоминанием богов? Я ведь демон, не забыл? Мы с ними, как бы поскромнее выразиться – недолюбливаем друг друга.

Хаджар едва было не закатил глаза. Этот спектакль уже начал его утомлять.

– Хельмер, Повелитель Ночных Кошмаров, в детских страшилках упоминается, что ни в коем случае нельзя заключать с ним сделок. Любое соглашение повесит на вас долг, который вы окажитесь не в силах выплатить.

– Польщен, – демон слегка приподнял шляпу. – и все же..?

– Фрея, – пояснил Хаджар. – Она единственная из фей, кто упоминала твое имя. Другие, когда ты их убивал, выглядели шокированы присутствием демона. Да и, к тому же, что богам может быть нужно от стаи демонов, на которых не обращает внимания император страны, в которой они бесчинствуют. Соринка на глазу, не более.

– А тебе когда-нибудь попадали соринки в глаз, Дархан? Это, знаешь ли, доставляет массу неудобств. А еще больше – когда эта соринка обходит законы Неба и Земли.

– Законы Неба и Земли, – повторил Хаджар. – в последнее время я так часто о них слышу, что уже начал уставать. И, я готов поставить свою жизнь на то, что Король Да’Кхасси узнал способ “обойти” эти законы не от кого-нибудь, а от великого и ужасного Хельмера.

– В который раз спрашиваю – для чего мне все это.

– Для создания полукровки, – твердо ответил Хаджар. – Я многого не знаю об этих “законах”, но даже мне ясно – если бы их было так легко обойти, то землю уже давно населяли бы демоны и боги и творили здесь все, что им бы заблагорассудилось, а не устраивали свои бесконечные интриги, орудуя при этом чужими руками.