– Ты знаешь?

– Сейчас не время для этих слов, – строго ответил Степной Клык. – а теперь внимательно слушай меня. Этот корень лишь поможет тебе мысленно перенестись в мир Духов. Физически ты останешься здесь, но если твое энергетическое тело повредится в том измерении, это отразиться и в реальном.

– Чудно, – процедил Хаджар.

– Времени у тебя будет лишь до тех пор, пока не сядет солнце, – продолжил орк. – ночь там не переживет даже Ярость Медведя.

– Я уже сказал, что это чудно?

Хаджар посмотрел на корень в своей руке. Он понятия не имел, сможет ли использовать его для техники медитации, если проглотит, а не вытянет энергию.

Но шанс приобщится к “пути предков” был слишком драгоценной возможностью, чтобы упускать её ради секундой выгоды.

– А, проклятье!

С этими словами Хаджар проглотил корень. Ощущения были такие, будто он не пяти сантиметровый корешок съел, а проглотил целое солнце.

Нет, даже не так – вселенную полную солнц. Огромных, жарких, раскаленных сгустков плазмы и газа. И, попав внутрь его тела, они начали взрываться. И количество жара, которое выделялось при взрыве, не просто сжигало Хаджара, а испепеляло его.

Обращало в пепел каждую клеточку, каждую частичку, каждый атом и электрон его плоти. Оно сжигало энергию, пропитывавшую Хаджара, сжигало его мысли, воспоминания, чувства, сознание, оставляя вместе себя лишь океаны боли с далекими берегами в виде спасительной предсмертной агонии.

– Держись!

Сквозь целый мир боли к Хаджару протянулась рука, за которую он, в предсмертном рывке утопающего, смог схватится. Красные пальцы, увенчанные желтыми когтями, сомкнулись на углях его сознания и выдернули в прохладную тьму спокойствия.

Постепенно, очень медленно, его “я” восстанавливалось, смывая с себя пепел жуткой боли. Когда же Хаджар смог вновь осознавать происходящее, то не смог сдержаться от возгласа восхищения.

Он стоял посреди океана звезд. Его ноги, по щиколотку погруженные в прозрачную воду, будто зависли в космосе, а сам он стал центром мира, заполненного светом бесконечных звезд.

Такие яркие, разноцветные, они заливали все вокруг своим холодным, освежающим светом. Там, с земли, он казался беспристрастным и надменным, но здесь – отзывчивым и даже родным. Как бриз в засушливое лето. Этот холод вовсе не отбирал жизнь, а дарил её.

– Это мир духов? – спросил Хаджар в пустоту.

– Лишь врата в него, – ответил голос.

Хаджар обернулся. Он не смог увидеть того великого вождя орков, что спас его из океана боли. Лишь закутанную в саван расплывчатую фигуру.

– Пойдем, маленький охотник, – фигура, едва касаясь водной поверхности, проплыла рядом. – у нас мало времени. Если ты не успеешь найти свой Дух за время, что действует корень, то путь предков навсегда для тебя закроется.

– И кто только придумывает такие правила, – недовольно проворчал Хадажр и поспешил следом.

Он бежал по речной тропе сквозь вселенную, полную звезд. Бежал и не мог сдержаться от восхищения тем, что видел. Никогда прежде его взору не открывалось картины более восхитительной, чем эта.

Хаджар жалел о том, что не мог остановиться и запечатлеть в памяти каждой кусочек этого великолепного полотна сказочной реальности.

В том, что увиденное им было реально, он, отчего-то, не сомневался.

– Сейчас мы встретим Стража. Будь почтителен.

– Стража?

Впереди, среди океана мерцающих огоньков, реку звездной пыли пересекал зависшее в пространстве плато. Первое, что бросалось в глаза – будто вылепленный из звездного света, белый лев с красными глазами.

Огромный, десятиметровый зверь, спокойно взирал куда-то внутрь вселенной. Его шерсть, разлетаясь мириадами звезд, развевалась на ветру самого времени.

Гордый и величественный и в то же время сказочно прекрасный.

– Это и есть Страж? – спросил Хаджар у своего проводника.

– Нет, – раздался голос. – это мой верный друг.

Только сейчас Хаджар заметил, что между передних лап белого льва стоит некто… нечто. Хаджар сомневался, что это действительно был человек, тем более – женщина. Но именно такую форму приняло это существо.

Форму женщины с длинными, каштановыми волосами. Она стояла спиной к Хаджару и Тени великого вождя орков. На её плечах покоился лазурный лунный месяц, а изумрудные одеяния, так же как и грива льва, развевались на ветру.

Только вот что удивительно – направление их движения было противоположно шерсти белого зверя.

– Мудрейший Страж, – из-под савана показалась красная рука, сделавшая традиционный жест орков. Сперва коснулась груди, затем лба, а потом будто попыталась что-то отдать небу.