«Дыхание» распространялось по воздуху, и то, что Джо, надев противогаз, не подвергся его влиянию, говорило, что бороться с этим явлением (или чьим-то оружием, я пока не разобрался в его происхождении) можно. Нужно было лишь хорошенько подготовиться. Вывод простой: необходимо вернуться наверх, доложить обо всем властям и попросить прислать отряд зачистки. Людей же, подвергшихся воздействию «дыхания», нужно по возможности изолировать и попытаться излечить. Я был уверен, что средство рано или поздно отыщется, было бы желание. Сейчас же они перестали быть людьми, ничего человеческого в них не осталось. И белесыми глазами, и бездумным равнодушием, и звериной силой и быстротой они больше походили на хищников, вырвавшихся на свободу, чем на представителей рода гомо сапиенс.

Сколько времени они уже провели в измененном состоянии? Сутки? Несколько дней? И до сих пор живы — без еды, без воды. Хорошо же «дыхание» постаралось над ними, сделав из обычных работяг сверхлюдей, не требовавших ни пищи, ни отдыха.

Нет, все же прошло чуть меньше недели: пара дней слишком мало, но и неделя многовато, иначе Симбирский уже успел бы организовать вторую экспедицию — он не любил терять времени попусту.

Нас пока не заметили. Мы спрятались за выступом, по очереди выглядывая оттуда, чтобы оценить ситуацию.

Все вокруг было залито кровью. Осмотрев участок, я увидел, что далеко не все работяги превратились в «измененных», как я стал их называть, были и те, кто оказался жертвой этого превращения. Оторванные конечности, полувыпотрошенные тела, головы с выкатившимися глазами — все это валялось тут же вдоль рельс, и меня чуть не стошнило от омерзительного зрелища. Здесь недавно убивали, и смерть бедняг была тяжелой.

Я жестами показал Джо, что нужно возвращаться за подмогой, но он покачал головой. Из-за противогаза я плохо разбирал слова, но все же догадался: отступать Джо не собирается и намерен отыскать источник «дыхания». И только тогда, имея на руках полный расклад ситуации, он планировал вернуться в чистую от заразы зону.

Подумав, я согласился. Пока мы владеем лишь частью информации. Да, мы обнаружили измененных — получается, нашли пропавших, но не определили, что именно поменяло их сущности. Выполнили ровно половину работы, но источник заразы — это очень важно! Сумеем мы его отыскать, а еще лучше — ликвидировать, и мы сумеем остановить его распространение.

Вернись мы сейчас, Симбирский не принял бы этого, хотя я и предупреждал его, что, мол, воевать — это дело других, но ситуации бывают разными, и я уверен, он настойчиво предложил бы прогуляться под землю еще раз.

Чертовы бандиты, свяжешься с ними раз, и все, увяз по уши!

Придется себя утешить мыслью, что явись я сюда по своей воле, назад бы не пошел, не выяснив все до конца. И Джо в любом случае не собирается возвращаться, а вдвоем все же веселее...

Осталось только без боя миновать изменившихся. Но как? Следовать параллельными туннелями, нижними тропами, а потом вернуться на нужный уровень или спуститься еще ниже, в самые глухие туннели, и зайти с обратной стороны опасной зоны? Но как далеко она простирается, мы с Джо не знали, может быть, за следующим изгибом туннеля нас ожидает разгадка.

Джо хорошо здесь ориентировался, но и он застыл в сомнении, обдумывая ситуацию.

Пол под ногами внезапно покачнулся, со стен посыпались мелкие камни, поднялся столб пыли — землетрясение? В Фридрихсграде? Сроду у нас ничего подобного не наблюдалось.

Джо сильно дернул меня за рукав, призывая следовать за ним, и мы, пользуясь поднявшейся пылью как прикрытием от случайных взоров, перебежали вперед метров на десять — пятнадцать. Едва успели спрятаться в очередном боковом закутке, как пыль улеглась.

Изменившиеся были совсем рядом, я мог разглядеть все детали их облика, каждую морщинку, каждый волосок, и пустые белесые глаза мертвецов.

Я наблюдал за ними не слишком долго, но кое-какие выводы сделать уже смог.

Сероглазых здесь не было, а белоглазые, как я понял, сами по себе достаточно инертны и, если их не провоцировать, способны часами топтаться на месте.

Я вдруг понял, что не видел их глаз, освещение не позволяло, но чувствовал изменившихся и легко отделил бы белоглазых от сероглазых.

Но и белоглазые представляли собой большую опасность — я прочувствовал это в полной мере, борясь с Кокером, а целая группа таких людей способна обратить в панику целый квартал, да что там — весь город. Неизвестно, сколько всего изменившихся бродит сейчас по туннелям. Сотня? А если больше? И что, если зараза передается не только по воздуху? Или же это не зараза, а всего лишь действие газа — пройдет время, и люди вновь вернутся к прежнему состоянию?

Кажется, мы столкнулись с невероятно опасной для столицы ситуацией — кризисом высочайшего уровня. И никто, кроме нас с Джо, об этом пока не знает — иначе войска и полицейские подразделения уже давно перекрыли бы все подходы к платформе, перегородили бы туннель и выставили пулеметы, безжалостно уничтожая любого, пришедшего из глубин, дабы не дать возможности заразе распространиться дальше.