«Значит, Елена всех уволила, — отметила про себя Кристина. — Синий прав, здесь действительно дело нечисто. Два трупа и ни одного свидетеля… А раз было убийство, то должно быть и уголовное дело. Вот бы его посмотреть!»

На бензоколонке больше делать было нечего, и Кристина вновь направилась к бистро. Пожалуй, стоило перехватить там чего-нибудь, а заодно обмозговать сложившуюся ситуацию.

Зайдя внутрь, она заказала себе чаю и пирожное и села за столик у окна. Кроме нее и барменши за стойкой, в зале никого не было. Кафешка была чистенькой, но без особых претензий: светящаяся реклама сигарет, прозрачный холодильник с пивом, пластиковая мебель… Таких на дорогах десятки, если не сотни.

«Раз Елена всех уволила, то она вряд захочет обсуждать ЧП на своей бензоколонке, — подумала Кристина. — Наверняка она старается избежать огласки».

В этот момент стеклянная дверь отворилась, и в бистро вошел какой-то чумазый мальчишка лет десяти-двенадцати. На нем была затасканная майка и штаны раза в два больше, чем полагалось по размеру. Нестриженые светлые волосы патлами падали на лоб.

— Теть Маш, дай копеечку на хлеб! — жалостливо обратился он к барменше.

Та оторвалась от созерцания газеты сканвордов.

— А ну брысь отсюда! Тебе сколько раз говорили, чтобы ты здесь не околачивался?

Лицо мальчишки скорчилось в полуплачущую гримасу.

— Ну теть Маш! Два дня ведь нежрамши!

— Иди, иди! Ни на день меня в покое не оставляешь! Если тебя на бензоколонке привечают, вот и вали туда!

Услышав слово «бензоколонка» Кристина встрепенулась.

— Эй, пацан! — позвала она мальчишку. — Подойди-ка сюда! Я за него заплачу, — кивнула она барменше.

Мальчик недоверчиво приблизился к Кристине.

— Чего надо?

От него ужасно пахло, и ей подумалось, что у него обязательно должны быть вши. Но, возможно, пообщаться с этим бомжонком все-таки стоило.

— Тебя как зовут? — спросила Кристина.

— Алешка.

— А родители твои где?

Мальчишка, видимо, уже привык к таким расспросам: наверняка его время от времени подкармливали сердобольные проезжие. Поэтому он со вкусом и обстоятельно стал рассказывать свою печальную историю:

— Папаня пьет и дерется, мамка болеет… Нас ведь восемь человек детей. Хлеба нету, денег нету… И в школу я не хожу! — предвосхитил он следующий неизменный вопрос.

— Твое дело, — сказала Кристина.

Мальчишку было жалко — сил нет, но что она могла сделать? Сейчас таких детей — тьма-тьмущая…

— Есть будешь? — спросила она.

— Буду! — с готовностью согласился Алешка. — Мне супа, котлету… Нет, лучше две котлеты! Три пирожка и жвачку.

Но увидев изумленный взгляд Кристины, он несколько снизил требования:

— Ну, в принципе, можно и одну котлету, — исправился он, опасаясь, что благодетельница может и передумать насчет обеда.

Когда барменша, брезгливо поджав губы, принесла поднос с едой, Кристина приступила к расспросам:

— Ты ведь давно тут, рядом с бензоколонкой, обитаешь?

Алешка прожевал и с гордостью сообщил:

— Четыре с половиной года.

— И все, что здесь происходит, знаешь?

— А то! — Алешка сразу понял, куда клонит тетя. — Вот у нас две недели назад убийство было. Очень интересно! Следователи приезжали, милиция… И меня тоже кормили и расспрашивали обо всем.

Ага, значит, этому бомжонку все же есть чем поделиться!

— Ну и что ты им рассказал? — спросила Кристина, подталкивая Алешку в нужном направлении.

— Ну-у… — Мальчишка потрогал указательным пальцем царапину на носу. — Что дела на бензоколонке шли стремно…

— А вроде не скажешь! — удивилась Кристина.

— Да нет! Не по деньгам, а так… Между людьми… Придет нормальный мужик, а через пару дней со всеми перелается. Они здесь все чокнутые были. Даже тетя Наташа-кассирша.

Кристина достала из сумочки блокнот.

— Так кто кого там убил?

— Дядя Гера убил дядю Ваню, а дядя Ваня убил дядю Геру, — охотно сообщил Алешка.

— Как это?

— Ну они цапались все время, а потом в пересменок пошли в подсобку переодеваться, ну и дядя Гера дядю Ваню ножом пырнул. А дядя Ваня достал монтировку и ка-а-ак шарахнет дяде Гере по башке! К вечеру все умерли.

— Н-да, — протянула Кристина. — А эти дядя Гера и дядя Ваня кто были? Рабочие?

— Ага. Как вон тот, — Алешка показал на пухлого парня за окном, бензин наливали.

Кристина задумчиво проследила за его рукой. Она что-то не понимала: если это была обыкновенная драка, то почему Елена уволила всех остальных сотрудников бензоколонки? Да и как вообще мог Алтаев использовать эту историю, чтобы принудить ее дать прессуху против мужа?