— Чакра Джуби, объединившись с моими глазами поможет спроецировать мой взгляд на луну, погрузить людей в гендзютсу и создать мир без войн.

Все вокруг затихло, даже мельчайшие шепотки позади меня, обсуждающие предполагаемые слабые места противника.

— Я даю вам время привести ко мне джинчурики Киру Би и Удзумаки Наруто. Это оставит страны и деревни целыми, а ваши жизни… живыми, — на тавтологию Мадара смешливо пожал плечами.

— Никто не знает, где сейчас Удзумаки Наруто! — воскликнул Эй, перебивая уже рвущееся изо всех глоток «Пошел к черту!»

— Да неужели? А я вижу его уже несколько минут, — голос Мадары стал насмешливым. — Что, я нарушил твои планы, Удзумаки?!

Его ладонь вылетела вперед, указывая пальцем сквозь толпу прямо на меня.

Меня закрыла женственная фигура Темари, но я оттолкнул ее в сторону и снял маску под настороженными взглядами.

— Твою ж мать, — голос Цунаде.

С полуулыбкой я оттолкнул нескольких людей в сторону и вышел вперед.

— Бегун, — хохотнул Мадара. — Ничтожное животное, не способное даже на честную битву.

— Я не помню, чтоб заканчивал Академию Самураев, Мадара, — с ухмылкой ответил я. — В общем-то вот эти милые ребята были способны на честную битву, — обвожу ладонью, указывая на трупы самураев, — только теперь они дохлые, а я стою над их трупами.

— Тебе немного осталось. Ты думаешь, что твои новые друзья защитят тебя, когда их прижмет? Когда я отправлюсь за тобой лично?

— Я и не сомневаюсь, что мы не имеем и шанса против тебя, о, великий, — шутливо кланяюсь я. А затем я мягко ступил в сторону и повернулся боком к Мадаре.

— Только вот ты гонял меня по материку в течении двух лет. И результат? Ах да, — я указал себе на левое плечо, — маленький шрам от косы Хидана. А с моей стороны? Дай-ка подумать?

Мой кулак выскочил вперед и раскрылся. На ладони, покачиваясь, лежали четыре кольца.

Толпа рядом взорвалась в удивлении. Некоторые удивились слегка, некоторые потеряли челюсть, некоторые понемногу брали себя в руки.

— Какой же херней ты страдаешь, — покачал я головой, возвращая кольца в карман. — Мадара, а представь, что мы родились и вся наша жизнь продумана наперед? Представь таковым себя. Ты стал таким сильным, ты стал сильнее любого шиноби. Ты идеал человека, настолько, что уже не человек, а биджу… И представь, что родился в мире, созданным тобою с помощью этого… Лунного Очка. Мы с тобой стали сильными, ибо мир был против нас.

— Это ради блага. — спокойно ответил мне мужик. — Я бы с удовольствием забыл всю свою жизнь…

— Уверен? А ты подумай получше. Да я бы не обменял свою жизнь на жизнь в твоем мире, даже если бы всю жизнь меня использовали в ритуалах, резали на части и убивали несколько раз!

— В мире не будет войны. Не будет глупостей и не будет смысла стремиться выше.

— Да? Давай тогда уничтожим весь мир и перережем себя глотки? — предложил я. — В таком случае тоже не будет войны, а Мадара?

Тишина вокруг была приятна.

— Хотя, в целом, я с тобой согласен, — кивнул я. — Этому миру ублюдков уже давно нужна встряска и чистка. И что не говори, а мы, психи, попали в нужное время и в нужное место.

— Значит, нет? — огляделся Мадара.

— Удзумаки можешь убить прямо тут! — выкрикнул Эй. — А Кира Би станет тебе поперек горла.

— Хорошо, — пожал он плечами. — Значит, прямо сейчас я объявляю Четвертую Мировую войну.

— Забери с собой ублюдка, — кивнул на меня Эй.

— Я бы с удовольствием, но вы действительно считаете, что он здесь лично?

— Я — крестик, — хихикнул я, намекая на печать клонирования, после чего состроив тупое выражение лица, усилено замахал Мадаре на прощание.

Тоби исчез в вихре с центром в своем глазу. А все вокруг были подозрительно спокойны, хотя сейчас произошло то, что изменит лик мира на ближайший год-другой точно.

— Что будем делать с Удзумаки? — бросил Эй, будто меня здесь и не было.

— Отдавать его Мадаре — это не вариант, — ответила Цунаде. — Он принадлежит Конохе и он в нее вернется.

— Самоуверенная шлюха, — выплюнул я. — Я вернусь в Коноху только тогда, когда она будет лежать в руинах! Я не понимаю, вам не хватает материала для пыток?

— Это бы было великолепно, — отрезал блондин из Конохи, — но ты джинчурики. Тебя взрастила Коноха, а ты ее предал. Настало время искупить свою вину.

Я плюнул ему под ноги.

— У меня нет времени что-то доказывать. Возможно, в другой раз, когда у тебя появится СОБСТВЕННЫЙ мозг, — он вывел меня из себя практически так же, как это делал Ибики.