Шрифт:
— Такое возможно только в сказке, — решительно говорила она, глядя в глаза Романа. — Мы вытащили счастливый билет, Роман Игоревич, спасибо вам, — неустанно повторяла, отмечая все мелочи, из чего складывался уют.
Катя отметила все — и новые комплекты белья, и подушки, и матрасы. Она заглянула в каждый угол, и делала пометки, что еще нужно будет изменить, ведь теперь-то им есть куда стремиться, есть до чего расти!
Роман смеялся вместе с ней и думал, что двое бессонных суток в компании строителей и запаха краски стоят того, чтобы сейчас, прямо здесь и сейчас увидеть перерождение спокойной, сдержанной, не очень эмоциональной девушки в счастливую девчонку, которая открыла для себя сундучок с волшебством.
— Посмотри, здесь красным треугольником на стене я выделил пространство для ваших фотографий, — подвел он ее к пустой стене. — Повесите с хозяйкой все, что пожелаете.
— Роман Игоревич, позвольте, я повешу здесь ваше фото, — вдруг смутилась она.
— Надеюсь, не в овальной рамке, — неловко пошутил он.
Она достала телефон и навела объектив на него.
— Улыбнитесь!
— Нет, мы сделаем не так, — он достал свой смартфон и приблизился к Кате. — Будет одно общее фото на память.
Развернул экран и впился глазами в ее лицо. Она снова покраснела, от его близости, от испытанных переживаний, от волнения, — он не понимал.
Самого Романа словно трясло внутри. Нажав на кнопку на экране, он едва не уронил телефон, и тут же приобнял девушку. Прижал ее к себе, погладил по волосам, и они легли в его ладони мягким облаком, теплой водой после мороза.
Роман приблизился к ней, заглянул в глаза, и поразился — так она еще на него не смотрела. Так никто еще не смотрел на него за всю его жизнь. Проникновенно, словно в самую глубь души, будто бы увидев его настоящую человеческую суть. Они замерли в этом мгновении, не в силах прервать безмолвие, в котором оказались.
Глава 13
Юля
Белохвостикова открыла глаза и довольно потянулась. Все тело приятно ныло, как после долгой тренировки, когда все позади: и первое, и второе дыхание, и можно насладиться покоем. Особенно, почему-то, ныла правая рука. Юля пошевелила пальцами, не открывая глаз. Очень странно — пальцы словно придавило тяжелым грузом.
«Это что еще за черт? — удивилась Белохвостикова и распахнула глаза. Тут же зажмурилась — ее словно полоснуло солнечным ножом по сетчатке. — Что такое? Уже день?».
Юля выдернула руку из-под странной тяжелой горы, и, не открывая глаз, пошарила под подушкой. Искомый предмет нашелся быстро — сотовый телефон всегда лежал рядом, как верный пес. Она разблокировала экран и глянула сквозь прищуренные веки на время.
Экран выдал те цифры, которых Юля заранее боялась. Она проспала время встречи с Всеволодом.
«Надо что-то придумать, иначе этот дятел меня снова заклюет», — выдало подсознание доброго орнитолога.
Во время третьего захода по открываю глаз веки поддались уже легче. Юля героически отыскала контакт Кузнецова и нажала на звонок.
«Скажу ему, что всю ночь сидела и читала правила гостиничного дела», — лениво думала она, позевывая.
Гудок, второй. Вдруг рядом зазвонил сотовый.
Юля повертела головой туда-сюда, и не увидела, откуда шел звук.
«Может быть, за дверью?» — решила она и продолжала слушать гудки в трубке.
Телефон продолжал выдавать привычную всякому владельцу айфона мелодию. Юля занервничала. Похмелье не располагало к бесполезной трате времени. Хотелось пить и лежать, а не придумывать запропастившемуся Всеволоду отговорки.
Вдруг постель Белохвостиковой пришла в движение. Юля испуганно распахнула глаза и схватилась свободной рукой за край матраса.
Кровать дрогнула, еще, и еще раз, и вдруг, как лава из вулкана, из постельного белья, скомканного в огромный ком, вынырнула голова мужчины.
Он сел спиной к девушке, обнажив ровную, красивую спину с тугими лопатками и взлохматил волосы. Потом случилась еще одна странность, которая надолго лишила Белохвостикову дыхания.
Мужчина вытащил откуда-то из-под кровати сотовый телефон и принял звонок.
— Алло? Да? — раздалось одновременно и в комнате, ставшей свидетельницей ночного Юлиного позора, и в прижатой где-то в районе щеки телефонной трубке.
Белохвостикова еле слышно всхлипнула, отключила прием звонка и тихо накрыла себя концом пышного одеяла.
— Странно, — сказал вулкан и кровать снова зашевелилась. Та сторона постели стала ощутимо легче — видимо, мужчина встал.
«Что за черт? — прошептала потерянно потрескавшимися губами Юля. — Как я могла?».
Пока Юля изображала мысленный фейс-палм, Всеволод, судя по звукам, бросил свой телефон обратно на подушку, и прошлепал в душ. Из-за открытой двери донеслось журчание воды и тихое покашливание, — видимо, алкогольные возлияния тоже не прошли даром для Кузнецова.