Васька-то тогда - совсем малый был. В каком-то стогу схоронился. Своими ушами слыхал, как его мать, да сестер - сперва ... А потом - живых еще на куски резали. Пока маленький был - на всю нашу колонию по ночам орал: "Тухачевский! Бегите! Жиды идут!"

А его никто и не пытался удерживать - все такие. Когда пришла весть о том, что завтра будем брать Тухачевского, Васька перед начальниками на коленках стоял - просил взять его в команду, - в харю этой гниде - хотя бы раз плюнуть. Не взяли.

Побоялись, что он вгорячах кокнет красную сволочь, а того нужно было хотя б на суде еще целым народу представить. Вот после приговора, - перед казнью сказали: "Пожалуйста!" Поэтому и трупы всех этих никому уже не показывали. Отводили мужики душу. По всей программе отводили.

К примеру, - трое-четверо держат гада с кляпом во рту, а еще двое расстелят на столе бабу там, иль - дочку задержанного и - давай во все дыры! Она, конечно, орет, а ему - "Вот так же и моя мамка/сестра/тетка орала! Это тебе - Божья Кара, красная сволочь!"

В общем, - что захотят с бабами, то и - сделают, а бывшего "краскома" - ни-ни! Еще в учебке всем нам вдолбили, - ежели человека мучить физически, это ему легче, чем на его глазах - его любимых, да близких. Так что "покажут кино" по полной программе, а когда у него глаза побелеют, да станет он просить - чтоб его вместо баб, лишь тогда и выводят и - пулю в затылок. Да так, чтоб последнее, что он в жизни слышал - как его жена с дочкой орут благим матом.

Не-ет. Ни самого Тухачевского, ни Якира, ни - Уборевича - никого из их банды мы и пальцем не тронули. Баб - да. А самих скотов - нет. Чтоб они сими криками на том свете до самого Страшного Суда - Вечность мучились. Эта сволочь небось подзабыла, как орали тамбовские бабы, да барышни-институтки в их кровавых застенках. Так, - чтобы память им освежить - мы их собственных баб у них на глазах...

Знаете, почему нас всех подобрали? Ради Мировой Революции. В те годы многие большевики бредили Мировой Революцией. А как ее сделать, не имея разведки, да глаз и ушей за кордонами? Бывшие царские агенты отреклись от Советов, новые - сиволапые "горели", стоило им пересечь границу хотя бы Польши!

Так что - вся разведка тех лет была из жидов, сочувствующих новой Власти. Всем бы она была хороша, ежели бы не - национальный вопрос. А так уж вышло, что в Политбюро одна из групп разругалась со всеми прочими и в ней-то жидов - как раз не было!

Что делать, - ежели - даже придя к Власти, останешься "глух и слеп"?! Вот тогда-то один из них и обратил внимание на нас - беспризорников. Да не простых беспризорников, но владеющих языками, начатками игры на рояле, да благоприобретенной привычкой "не сутулиться" и "не носить вещи мешком". Раз будущим разведчикам предстоит работа среди "буржуев" - лучше, когда у них буржуйское воспитание.

Конечно, - после того, что произошло - не много осталось ребят с подобными данными на Руси. Так что нехватку дополнили такими, как Вася Сычев. Тамбовскими, ярославскими, да кронштадтскими... Господи, сколько же Крови в те годы пролилось на Руси. Сколько горя все мы пережили. Сколько счетов накопилось ко всей этой сволочи!

Другой вопрос, - как сделать так, чтобы мальчики у коих отняли почти все - служили не за Страх, а за Совесть. Очень просто. Каждому дают по нагану и учат стрелять, и не знать промаха. Награда одна - когда придет день, найти убийц сестры, отца, или - матушки и - не промахнуться. Не вдаваясь в подробности, доложу...

За Товарища Сталина я сегодня - кому угодно глотку перегрызу. За то, что пару лет назад он лично дозволил мне отправиться в Петрозаводск и вскрыть там целую троцкистскую банду из действующих и бывших членов ЧеКа. В детстве я мечтал, как они будут орать...

Я подрос. Они не орали. Орали их бабы... Теперь я готов на все для Товарища Сталина.

Мы идем душной, августовской ночью по притихшей Москве. Все окна темны и лишь в одной горит огонек. Там кто-то бегает, слышны какие-то крики. Это - там, где нас ждут. Палыч любит позвонить по телефону перед выходом. Эти суки должны знать, что мы к ним идем и делать в штаны от ужаса.

Вдруг впереди хлопают выстрелы. В последние дни это у них - мода пошла. Стреляют в собственных жен, да детей. Что любопытно, - самим в себя выстрелить пороху нет. Что забавно - руки трясутся и по жене, да детям они промахиваются. (По нашим-то матерям, да сестричкам они - не промахивались...)

Мы их не удерживаем. Это здорово, - прийти к такой гниде, а она пьяная в дым и рыдает над только что пристреленной им же самим женою, иль доченькой. Еще лучше, ежели наш штатный доктор - эту бабу, иль девку потом вылечит.

Объявляешь ему приговор, а потом с улыбочкой говоришь: "Жена ваша к счастью - не умерла. Хотите посмотреть, да послушать?!" - и тут же кляп ему в рот и представление, как его телка нашим "подмахивает".

В общем, - здорово.

Мы подымаемся в квартиру, нас уже ждут дворник, да управдом. С улицы слышен звук подъезжающего "воронка". Я спрашиваю у дворника, - все ли дома - по списку? Он в ужасе трясет бородой, шепчет: