Спал всего часа три, но режим решил не нарушать. Получасовая пробежка, ката с холодняком, водные процедуры. Мысли об Анне-Светлане во время зарядки были уже не такими сумбурными. Сознание как бы приняло информацию, что это прабабушка моей жены из предыдущей жизни.

Потом чай с выпечкой. И далее работа по новому проекту Сазонова. Управились быстро, до завтрака. Что значит человек профессионал в своём деле. Предполагаемые три направления в финансово-хозяйственной деятельности имения и деревни Курковицы были прописаны обстоятельно, со схемами и подробными расчётами. Зерновые оставались в прежних объемах, добавилось выращивание картофеля и молочная ферма с маслобойней. Всё должно было увеличить чистый годовой доход имения до трех с половиной — четырёх тысяч рублей. Сумма инвестиций практически осталась на прежнем уровне. Цены за работу наёмным работникам были приемлемыми. С учетом намечаемого объёма работ в осенне-зимний период, не говоря уж о следующей весне, большинство крестьян из деревни будут обеспечены возможностью неплохо заработать в усадьбе. Надеюсь, что кусочничать или на промыслы в эту зиму никто в Курковицах не пойдёт.

— Александр Иванович, проект отличный на мой неискушённый взгляд. Его одобряю. Финансирование утверждаю. Единственный вопрос, — я посмотрел на управляющего. — А откуда у меня взялся доход за прошлый урожай и почему он не был передан в казну?

— Тимофей Васильевич, насколько до меня довели информацию, Вы являетесь владельцем усадьбы с октября прошлого года. Поэтому и доход за прошлый год ваш. Долги за аренду земель крестьян из Курковиц, также к Вам перешли. Я сейчас бумаги принесу, — управляющий поднялся со стула.

— Не надо, Александр Иванович. Сидите. Я сейчас.

Поднявшись из-за стола, я дошел до комода-секретера, где лежали мои документы. Достав папку, которую мне передал граф Воронцов-Дашков, нашёл в ней дарственную на усадьбу. "И что мне стоило прочитать её самостоятельно?! — промелькнуло в голове. — Действительно, я владелец усадьбы с первого октября тысяча восемьсот девяносто первого года. Получается, меня уже год назад наградили, только я об этом ни сном, ни духом. Молодцы, Величества!"

— Хорошо, один вопрос отпал, — я вернул папку в секретер и возвратился за стол. — Остался последний. Откуда, Александр Иванович, у вас такие познания в экономике, агротехнике и по другим наукам?

— Тимофей Васильевич, — управляющий встал из-за стола, но я жестами заставил его сесть обратно. — Я родился в купеческой семье, но в тысяча восемьсот шестьдесят третьем году третью гильдию упразднили и нас перевели в сословие мещан. Отец жилы последние рвал, но смог обеспечить моё поступление и обучение в коммерческое училище в Санкт-Петербурге. Из восьми классов я смог закончить семь. Из-за смерти родителей от холеры, был вынужден бросить обучение, так как у меня на руках осталась младшая сестра. Но новую программу обучения принятую в училище, которая расширяла знания в области техники и технологии, можно сказать, прошёл полностью. Например, мы изучали происхождение товара, его химические и физические свойства, насколько товар доброкачественный, технологии его производства и хранения. Это относилось почти ко всем производимым пищевым продуктам.

— Это просто великолепно, Александр Иванович, — я был поражён уровнем образования управляющего для такого небольшого имения. — Тогда, извините, ещё один вопрос. А как вы оказались в должности управляющего данного имения.

— Коллежский советник Алексей Яковлевич Афанасьев был каким-то образом знаком с моим отцом. Узнав о моей с сестрой беде, он предложил мне в пятнадцать лет должность помощника управляющего, который был уже в солидных годах. Через три года я стал самым молодым управляющим среди всех имений в округе. И в общей сложности, уже двадцать пять лет служу этой усадьбе, которая стала для меня родным домом.

— А где ваша сестра? — поинтересовался я.

— Она давно замужем. Живёт в Ямбурге. Муж купец второй гильдии. Две дочки и сын. Племянник и племянницы моя самая большая радость. Мою жену и дочку Бог прибрал. Такое ощущение, что холера бич нашей семьи. Отец, мать, жена, дочь.

— И как давно умерли Ваша жена и дочь?

— Уже двенадцать лет. Время-то как летит, — тяжело вздохнул управляющий.

— И за это время вы не нашли никого, кто мог бы заменить их? — я запнулся. — Извините, ради Бога, за этот вопрос.

— Ну что вы, Тимофей Васильевич. Боль утраты осталась. Но она уже не такая острая. А заменить? Вы знаете, два года назад познакомился с очень милой женщиной. Она проживает в Ямбурге, рядом с домом зятя и сестры. Вдова, дочке шесть лет. Младше меня на пятнадцать лет. Но мы как-то быстро нашли общий язык.

— Так в чём же дело, Александр Иванович?! Женитесь!

— Есть сложности. Кристина находится под опекой брата и проживает у него. Вдовой она стала на пожаре, когда сгорел их с мужем доходный дом и всё имущество. А брат её хоть и православный ингерманландец, но условие поставил как… В общем, он отдаст за меня Кристину, если я построю в Ямбурге доходный дом, который будет приносить не меньше пятисот рублей ежегодного чистого дохода. По его словам, если меня турнут из управляющих, где головы свои прислоним.

— Александр Иванович, требования брата вашей избранницы, я бы назвал очень разумными. А в чём сложности?

— Мои сбережения составляют шестьсот рублей. Они сейчас крутятся в коммерции зятя. Требуется ещё триста рублей, чтобы построить дом с обозначенным доходом. Ямбург небольшой город. Основной вид дохода отдача домов в наём расквартированным войскам. Сейчас там квартирует батальон гренадерского императора Франца I полка и уездная инвалидная команда. Сильная конкуренция. Поэтому требуется хороший дом. А занимать у зятя, мне не хочется. Хотя он обещал помочь.