— В вашу историю трудно поверить, — детектив был откровенным. — Она кажется бредом. Но пока другой версии нет, — он улыбнулся. — Будем придерживаться этой фантасмагории. Если не докажу, что вы мошенница и аферистка. Покажите место укуса, — неожиданно потребовал Андрей.

— Зачем? — смутилась я. — Придурок укусил под задницу, неудобно.

— Показывайте, — настаивал он. — Мне нужно взглянуть на медицинские выписки о состоянии вашего здоровья.

— Они дома, могу принести завтра, — сказала я, вставая со стула и задирая юбку. Пусть смотрит, если не верит. — Укус куда-то испарился, теперь там родинка или что-то вроде этого, а под ней опухоль, которая дала метастазы. Так сказал онколог, который проводил обследование.

Он присел на корточки и внимательно, словно профессиональный врач, стал ощупывать мою ногу.

Матвей материализовался внезапно. Вошел без стука и уставился на нас взглядом гитлера, готового расстрелять все человечество.

Одернула юбку, с трудом сдерживая гнев.

— Стучаться нужно, Матвей Борисович, — огрызнулась я.

— Чем ты тут занята? — зло бросил он, подходя ко мне поближе. — Пудришь мозги своей задницей детективу? Тебе меня мало?

Гнев заливал его лицо, кулаки были сжаты. Он пнул Андрея так сильно, что тот со стоном упал на пол.

— Тебя наняли не для того, чтобы лапать моих сотрудниц, а дело вести, вижу, серьезно ошиблись, пшел вон отсюда, пока в морду не получил! — Матвей был в бешенстве, я испуганно жалась на стуле.

— Вы все не так поняли, — поднялся детектив, но осекся. — Впрочем, я сам откажусь. С буйными клиентами работать желания нет. Подлечите голову, она вам еще пригодиться, — с этими словами он вышел из переговорной, оставив нас наедине друг с другом.

— Отвечай! — навис дементор надо мной. — Почему ты опять выеживалась, когда я предложил помолвку?! Унизила меня перед всеми, — с ненавистью подытожил Матвей. — А сейчас решила прибрать к рукам этого лилипута? С ним можно без любви, а со мной за деньги — нет? — он схватил меня за плечи и повалил животом на стол. — Я тоже хочу стянуть с тебя трусы, — прохрипел фашист, задирая юбку и навалившись сзади. — Ты кажется не поняла, с кем связалась. Если я сказал, что мы вместе, и ты теперь моя, значит так и будет. И любому, кто до тебя дотронется, я выдерну руки и ноги.

От растерянности и страха меня парализовало. Единственное, на что я была способна, так это на слезы, которые ручьем заливали лицо. Мои всхлипывания его остудили.

— Соплями меня не проймешь, — спокойно заметил Матвей, падая на стул и хватая меня как котенка за шкирку. — Сядь на колени, мы с тобой почти муж и жена, — ухмыльнулся он. — Вечером закончу работу пораньше, поеду за вещами к тебе в квартиру. Глаз не спущу. Стоит на минуту отвернуться, ты юбку задираешь первому встречному. То Мише с больницы, то Коле, то этому недомерку. Сучка, — с каким-то удовольствием протянул он, впиваясь в мои губы. — Ты моя, поняла?

— Я уволюсь! Отпусти! — попыталась я освободиться и уклоняясь от поцелуя.

— Две недели мои, не забыла про отработку? К тому же я заплатил за театр и за услуги в кровати.

— Подонок! — я взмахнула рукой, чтобы ударить его, но он перехватил мою руку. — Мне твои деньги не нужны! Ноги моей завтра не будет здесь! Подыхай, собака! Спасать больше не буду!

— Уйдешь, по судам затаскаю, — пообещал Матвей. — Ты обязана отработать.

— Ненавижу тебя! — я не должна плакать и унижаться, усилием воли взяла себя в руки. — Отпусти!

— Мне нравится тебя обнимать, — уткнулся он носом в мою шею. — Что ты со мной сделала? Превратила в дебила без мозгов.

В переговорную заглянула Ольга, но увидев нас, растерянно заулыбалась.

— Господи, как я рада за вас! — воскликнула она, с умилением разглядывая меня в медвежьих лапах Матвея. — Софья, тебе звонит какой-то Михаил по поводу анализов, говорит, что-то очень срочное. Он просил подойти, сказал, что ты в курсе.

— Спасибо, она сейчас придет, — влез в разговор этот негодяй, сжимая меня так, что стало больно дышать.

Когда подруга вышла, Матвей поднял мое лицо за подбородок:

— Любовник твой? Чего звонит, признавайся!?

— Это врач, идиот! — зашипела, сумев все-таки выскользнуть и отбежать к двери. — Не подходи ко мне, а то я за себя не ручаюсь! — пригрозила ему.

— И что ты мне сделаешь? — с усмешкой спросил он, медленно приближаясь. — Закричишь? Ну давай, начинай, невеста моя сладкая. подумают, что я спятил, и жарю тебя, не дожидаясь брачной ночи. Скажут, чокнутый, а мне плевать, честно.

— Я действительно болею, — сказала как можно более спокойно. — Криков и истерик не дождешься, не на ту напал. Ты просто скотина, и завтра меня здесь не будет.

— Едем вместе, — он схватил меня за руку и потащил к выходу.

— Отпусти, — бесполезно трепыхалась я, пытаясь освободиться.

— Заткнись и вперед, — не слушал он. — Невеста болеет, жених должен ей помогать. Нет смысла спорить, — стальным голосом пригвоздил он меня. — Будет так, как я сказал. Идем к машине.

— Медицинский центр недалеко, — я пошла рядом, понуро опустив плечи. Бороться с ним не было сил. Надо потерпеть, уговаривала я себя. — Дорогу перейти и за угол. Это совсем близко.