Более, чем порабощение какого-нибудь другого мужчины.

Ты слишком наслаждаешься этим, предупредил ее внутренний голос, ты влюбляешься в Кендрика. И ты думаешь о нем все время.

Нет!
– сердито воспротивилась Роксана. Не правда! Кендрик такой же щенок, как и другие. А если ей нравится его тело, что это значит? Ничего. Даже меньше, чем ничего.

Я знаю, что сделаю, подумала она с внезапным вдохновением. Я приглашу на ленч эту глупую Джордан Кэбот. И все ей расскажу.

Да! Это станет еще одним этапом процесса разрушения Сэмюэла Кендрика. Она пустит по городу слух, что он спит со своей клиенткой. И как приятно насолить этой старой ведьме Изабель! А иначе какой смысл в том, что великий Сэм Кендрик дергается на конце нитки, за которую она тянет, если этим не похвастаться? А Джордан - прекрасная кандидатура на роль задушевной подруги. Она замужем за Томом Голдманом, новость быстро разнесется по "Артемис", а потом и по городу - достаточно пяти минут.

Роксана Феликс громко рассмеялась. Отлично!

– Могу я для вас что-нибудь сделать?
– спросила стюардесса, прибежав посмотреть, не надо ли чего.

– Знаете, я думаю, можете. Дайте мне телефон, я хочу позвонить миссис Голдман.

– Черт побери!
– тихо выругался Фред Флореску. Он вытер рукой мокрый лоб.
– Долго еще?

– Теперь уже недолго.
– Проводник повернулся, сдвинул огромный, как дерево, папоротник с пути.
– Мы скоро выйдем, на площадку. Место очень красивое.

– Надеюсь, - тяжело дыша, сказал Зак. Он одернул промокшую хлопчатобумажную рубашку, которая когда-то была белой, а теперь промокла, стала серой и облепила его грудь.

Меган, тоже задыхаясь от усталости, посмотрела на него и мысленно поблагодарила Бога, что выбрала черный цвет.

Иначе в соревновании на самую мокрую майку она стала бы единственной женщиной-победительницей уже через десять минут после начала восхождения на гору.

– У вас-то, ребята, нет моих проблем.
– Оператор Кит, техасец, вступил в разговор. Он был голый до пояса, лицо побагровело от напряжения.
– Вам не надо тащить оборудование.

– Почему я и взял вас с Джимом, - сказал Флореску, кивнув в сторону звукооператора.
– Вы южане. Настоящие мужчины, привыкшие к такой жаре.

– Да пошел ты к черту, Фред!
– беззлобно сказал Джим Доллар.
– В Техасе ты можешь вдыхать воздух, а не плавать в нем.

Он знал, о чем Говорит. В джунглях не только нестерпимо жарко, но и очень влажно. Меган не могла поверить, что Фред заставит их пешком взбираться на Морн-Сейшелос в такую погоду только ради кадра, в котором Зак прячется в укрытии на фоне прекрасного пейзажа. А может, и могла бы. Флореску из тех, кто всегда стремится к совершенству.

За два тяжелых месяца съемок это стало абсолютно ясно.

Если что-то не было идеальным, он переснимал. Дубль за дублем. Пока не достигал желаемого. Это доводило до сумасшествия всю группу, но никто не жаловался. Именно такое отношение к работе сделало его предыдущий фильм "Падающий свет" шедевром. И хитом. Именно фанатизм Флореску принес фильму "Лейтенант Питер" пять "Оскаров". Именно такое отношение позволит "Увидеть свет" стать самой блестящей, самой волнующей историей, которая когда-либо была доверена целлулоидной пленке. Если этот чертов фильм когда-нибудь будет закончен.

Но зачем понадобилось тащить сюда меня ? Неужели он хочет переписать сцену для одного героя?

– Пойдемте, пожалуйста, - сказал проводник, сначала по-французски, а потом переходя на местный диалект.
– Пойдемте, пожалуйста, уже не так далеко.

Она поднималась по тропе вслед за Мэйсоном, пиная колючки, которые попадались ей под ноги. Это была полузаросшая туристская тропа, и по ней можно было пройти только с опытным проводником. Обрывы, отвесные кряжи, неожиданно возникавшие за поворотом, крутые гранитные стены. Выползали змеи, незаметные для нетренированного глаза.

Меган смотрела на ноги Зака Мэйсона. Одна нога перед другой, так ? И не смотреть вниз.

Чтобы как-то отвлечься, Меган снова вспомнила утренние события, пытаясь разобраться в них.

"Черт побери, что же происходит? Сперва эта задница Дэвид появляется в моей новой комнате и заявляет, что я уволена. Не объясняя ничего, велит собирать вещи и убираться. А если я подниму шум, пообещал он, мне же будет хуже. Потом через тридцать минут прибегает обратно и сообщает, что ошибся и что я должна срочно явиться на съемочную площадку. Он исчезает, как молния, я даже не успеваю его окликнуть! А на площадке никто не видел Дэвида, никто не встречал его... Клянусь, можно подумать, что все нанюхались наркотиков!"