Об этом уже заботятся. Мистер Бут и его люди доведут дело до конца. Сейчас единственное, что ей надо, - найти подходящего репортера и передать ему все материалы. Она должна сделать правильный выбор. Поскольку это будет сенсация десятилетия в шоу-бизнесе. Тот, кому она передаст папку с документами, станет ее вечным должником.

Поэтому надо выбрать кого-то достойного. Нет смысла торопить события, подумала Изабель. Она не должна забывать, что в будущее необходимо заглядывать сегодня. В отличие от мисс Феликс, у которой будущего уже нет.

Изабель вбежала по ступенькам на террасу, вежливо кивнула горничной, открывшей дверь, и сразу пошла в свой кабинет. Она отчаянно хотела поверить тому, что "Бут, Варвик и Яблэнс" ей рассказали. Что все это правда. Для собственного спокойствия Изабель хотела кое-что проверить.

Особенно одну-две детали. Она набрала номер телефона Джордан Голдман и стала ждать, нетерпеливо постукивая носком туфли по старинному китайскому ковру.

– Резиденция Голдманов.

– Это Изабель Кендрик. Мне нужна миссис Голдман, - нетерпеливо сказала Изабель. И зачем только драгоценная Джордан заставляет слуг отвечать на звонки? Как это раздражает!

– Изабель, я так рада, что вы позвонили!
– заверещала Джордан.
– Я хотела поговорить с вами о своем аукционе, который состоится в следующем месяце. Как вы думаете, надеть ли мне тогу?

– О, конечно, нет, дорогая, - сказала Изабель, вздрогнув при мысли о возможной реакции мужчин.
– Но об этом мы можем поговорить через секунду. Я хочу задать несколько вопросов о Роксане Феликс.

– Слушаю, Изабель, - тут же согласилась Джордан.

– Ты всегда говорила, что Роксана была твоей школьной подругой. Но как долго она проучилась в этой школе?

– Только год. Ее приняли в последний класс, - ответила Джордан, удивляясь вопросу Изабель.
– Ей было восемнадцать, когда она там появилась.

Изабель задержала дыхание. Значит, правда.

– С вами все в порядке, Изабель?

– Все прекрасно. Скажи, ты видела когда-нибудь ее мать или отца? Они приезжали за ней, навещали? Они были на церемонии выпуска?

– Нет. Не приезжали.
– Джордан задумалась, вспоминая.
– Нам вообще-то всегда казалось это странным, но Роксана говорила, будто они занимаются бизнесом в Европе и не могут приехать. Они никогда не появлялись в школе. Она всегда уезжала в аэропорт на такси.

– Спасибо, детка. Ты мне очень помогла, - сказала Изабель, стиснула руку в кулак и торжествующе ударила себя по бедру.
– А сейчас я прощаюсь с тобой, мне надо сделать кое-какие звонки.

– А как насчет тоги?
– заканючила Джордан.

– Ты можешь мне перезвонить, - твердо сказала Изабель, вешая трубку.

Несколько секунд она постояла, обдумывая варианты, и наконец остановилась на идеальной персоне. Марисса Мэтьюз, самая популярная журналистка в Нью-Йорке, чьи статьи беспрестанно печатаются в колонке слухов. Старая знакомая. Она сделает этот материал достоянием всего Лос-Анджелеса. Изабель поздравила себя: Марисса ради истории вроде этой способна даже пойти на убийство. Эта журналистка станет ее проводником в нью-йоркском обществе. В конце концов, она, Изабель, уже завоевала Лос-Анджелес, и надо расширять горизонты.

Улыбнувшись, Изабель сняла трубку и набрала номер.

– Марисса? Дорогая, это Изабель Кендрик. У меня для тебя сенсация. Да, потрясающая. Правда. У тебя есть хороший факс? О, он принимает и фотографии? Замечательно...

***

Элеонор откинулась поудобнее в седане, который отель послал за ней в сейшельский аэропорт. В машине работал кондиционер. Она смотрела в окно. Физическая усталость давала о себе знать, но Элеонор взяла себя в руки. День этот должен быть длинным и сложным. И еще не скоро кончится. Но уже есть успехи. Во-первых, она сумела спасти свою карьеру, и это здорово. Том, невероятно шикарный в строгом черном костюме, открывший от удивления рот, представлял собой зрелище, которое она никогда не забудет. Она его потрясла, безусловно. Но это было легко сделать. Сейчас Элеонор молилась, чтобы у нее хватило сил спасти Меган и Зака. Осталось ли кого спасать? Почему-то Элеонор была уверена: они живы. Она чувствовала это нутром. Они живы, просто затерялись в изумрудно-зеленых джунглях, на которые она смотрела сквозь иллюминатор самолета.

Фред Флореску, бледный и взволнованный, ждал ее в зале прилета.

– Спасибо, что так быстро прилетела, уже второй день, как мы их потеряли. Я оповестил власти, и они ищут.
– Молодой режиссер качал головой.
– Не знаю, что еще могу сделать. Но новостей никаких нет.

– О'кей. Кое о чем мне надо подумать, - сказала Элеонора.
– Во-первых, я собираюсь нанять частный вертолет и облететь весь Национальный парк, ночью, с прожекторами.

– Очень дорого обойдется, - заметил Флореску.

– Это моя проблема, Фред. Я отвечаю за фонды "Артемис". Дальше: я собираюсь нанять местных жителей и отправить их на поиски.

– Туман, они заблудятся, - сказал Флореску в отчаянии.
– Нужны сотни людей.

– Я готова нанять сотню. Тысячу, если понадобится.

Мы заплатим каждому пятьсот долларов, чтобы найти Зака и Меган. А тому, кто найдет, дадим пять тысяч долларов в награду.

Флореску посмотрел на нее с еще большим уважением.

– Боже, Элеонор, руководители студии ведь обычно скупердяи! А ты откуда такая?