Послышалось тихое шипение, а потом из-под половиц появилась розовая дымка. На сгущалась, пока не образовала девичий образ. Материализовавшаяся Жерами тут же бросилась к лежащему кошельку Учителя и высыпала содержимое на стол, тщетно пытаясь найти ракушку.

— Где она?! — в сердцах выкрикнула девушка, сжав маленькие кулачки.

— Кто именно? — спокойно переспросил Скел, присаживаясь за стол. — Какую именно из сестёр ты ищешь?

От такого вопроса она оторопела и не смогла произнести и слова. Предчувствие беды медленно подкатывало к горлу.

— Как ты догадался, что она здесь? — нарушила тишину Касси, обратившись к Учителю.

— Есть у меня одна теория, которая пока никак не подтвердилась, — он уселся поудобнее. — Все, кто совершал преступление в точке Мироздания сразу же получал жестокое наказание. Но перед этим он выходил за пределы этой самой точки. Вот я и подумал, а что если кто-то, совершив убийство, так и останется на том же месте? Что тогда произойдёт? Ведь, как мы знаем, в точке все твои преступления поднимаются из глубин сознания на уровень материализма, но очень и очень медленно. Тогда выходит, что убийца и не получит своё наказание ещё долго, если останется здесь, — посмотрел на Жерами, — в трактире.

По щекам девушки побежали слёзы, и она молча кивнула. Ещё не зная, что произошло, она поняла, новости ей не понравятся.

— То есть, можно убить в точке обмана и спастись от кармы сидя в той же точке? — переспросила Лесла.

— Я так думал, — Скел не сводил с разносчицы взгляда. — Но оказался не прав. Карма возвращается, в самой изощрённой форме, — постучал пальцами по столешнице, набрал в грудь воздуха, а потом выдохнул. — Твои сёстры мертвы, Жерами. Они обе убиты серой стражей.

***

— НЕ-Е-ЕТ! — крик, полный горя, обиды, злости и ненависти огласил округу. Никогда не подумал бы, что девушки могут так кричать.

Но было совершенно не до смеха. Убийцу покарали, и, хотя он остался жив, боль в голосе говорила о нежелании мириться с этим.

— Нет! — Жерами упала на колени и закрыла лицо руками. — Вы лжёте. Так не может быть, ведь Адель, она…

Слёзы душили, ком, подступивший к горлу, мешал говорить.

— Я не верю, — бормотала девушка. — Не верю вам.

— Придётся, — тихо ответил Скел и присел рядом. — Тебе придётся с этим смириться.

— Нет! — снова воскликнула та и, вскочив на ноги, ринулась наружу. Никто и не подумал её остановить.

Но стоило ей выскочить на улицу и сделать пару шагов, как тут же со всех сторон материализовались стражники, схватили её под руки и так же стремительно исчезли.

Наверное, нам стоило броситься к ней на выручку, или хотя бы сдвинуться с места, но никто не пошевелился. И лишь тихий ветерок прогуливался по дороге, нарушая воцарившуюся тишину.

— Касси, милая, а налей-ка нам медового, — Скел поднялся и уселся обратно за стол. — Сегодня был чертовски тяжёлый день.

***

На следующее утро мы вышли из трактира с поникшими головами. И только Скел шёл с улыбкой на лице. Конечно, ночью он остался вместе с Касси, от чего бы не улыбаться?

Наш путь пролегал к Школе, но Учитель собирался заглянуть и к нанимателю. Как-никак мы почти выполнили его задание.

— Скел! — воскликнул рыбоголовый, когда мы приблизились к его палатке. — Много шума, я же просил всё сделать тихо и незаметно.

Всё с той же довольной улыбкой, не здороваясь и не отвечая, Учитель схватил антропоморфную амфибию за грудки и приподнял над землёй.

«Охренеть!» — пронеслось в голове, когда я увидел, как он легко справился с такой тушей, ведь ноги Бырлука болтались в десятке сантиметров от тверди.

— А ещё мы договаривались, что я должен поймать вора, — приторно-ласково проговорил Скел. — Так вот он, прямо у меня в руках.

В рыбьих глазах появился страх.

— О чём ты говоришь? Я ничего не крал! Если эти девки…

— Какие девки? — прищурился Учитель, и этот прищур не предвещал ничего хорошего. — Я не говорил о них.

Тут-то рыбоголовый и понял, что попался на крючок и ещё ожесточённее начал барахтаться в стальной хватке Скела. Тот, недолго думая, отшвырнул того в стену. Бырлук врезался в камень, словно мешок с навозом, и упал вниз на глиняные горшки, подмяв их под своей тушей, а Учитель медленно подошёл к нему и присел на колено.

— Говорю один раз. Если ещё раз увижу в городе или ты вообще попадёшься мне на глаза, расчленю и скормлю твоим же сородичам. У тебя есть пол часа, чтобы покинуть это место. Всё понятно?