Не придя к какому-то выходу, Гарри решил повременить. У него есть еще целое лето, чтобы поискать ответ самому. А еще можно поговорить с Поттерами. Нет, не говорить в открытую, а осторожно прощупать почву. Вдруг им что-то известно.

— Гарри… Эй, Поттер, — в десятый раз позвал друга блондин.

— Что? — моргнул Герой, выныривая из водоворота мыслей.

— Я тебя уже десять минут пытаюсь дозваться, а ты отмалчиваешься, — нахмурился Драко. — Может поискать кого-то из профессоров? Ты бледный такой. Кажется, еще секунда — и упадешь в обморок.

Поттер лишь отмахнулся.

— Со мной все нормально. Что ты хотел?

— Эээ… Я говорил, что отец разрешил мне пригласить тебя на лето в Малфой-мэнор. Я покажу тебе нашу библиотеку, — загордился блондин. — И тебя конечно, Нотт.

— Я подумаю, — не стал давать четкого ответа парень.

Тео передернул плечами, словно говоря этим: «как Поттер, так и я».

— Всегда с вами так, — пробурчал Драко. — Вечно у вас важные дела, а мне одному придется торчать.

— Ты же говорил, что поедешь летом во Францию, — вмешалась Дафна. — Целый месяц, прожужжал этим уши всем, кому можно.

— У отца появились какие-то неотложные дела в Министерстве, и поездка отменилась, — с неохотой признался блондин. — Это как-то связано с Попечительским советом. Кстати, как вы думаете кто станет новым учителем ЗОТИ?

За обсуждением прошла остальная часть пути. За окном начало темнеть, когда паровоз издал гудок, предупреждая о скором прибытии. Все засуетились и поспешили выйти в тамбур. Гарри не входил в их число. Он не видел смысла в толкаться в тесном тамбуре, если можно подождать пять минут и спокойно покинуть поезд.

Поттер с удивлением увидел в толпе встречающих Сириуса Блэка. Мужчина весело ему улыбался и махал.

— Я буду ждать от вас писем, — прозвучал голос Драко.

— Конечно, — хмыкнул Герой и обменявшись понимающим взглядом с Ноттом, направился к Блэку.

Гарри был задумчив. Он уже час сидел в кресле и смотрел в окно. Ночь давно вошла в свои права, покрыв небо полотном тьмы. Лишь звезды и одинокая луна, прорезали полотно своим сиянием.

Вокруг стояла звенящая тишина. Никто не мешал Герою предаваться мыслям и одиночеству. А мыслей было множество. Самое главное это разговор с Ноттом и те откровения, что друг поведал. Гарри до сих пор не мог поверить в произошедшее, но и причин сомневается в словах Тео не было. Татуировка… Нет, метка, это была именно она, черным пятном рябела на коже. Гарри чувствовал с ней связь. Стоило пальцам коснуться метки, как те начинали покалывать от предвкушения. Он ощущал на языке терпкий вкус собственной магии. Она призывно вспыхивала, зазывая к себе. Ему даже показалось на секунду, как он слышит шепот сотен змей. Едва уловимый, но завораживающий: хозяин… хозяин, мы ждем. И от этого брюнету становилось не по себе. Завтра же Поттер решил окопаться в библиотеке Поттеров и поискать всю возможную информацию об одержимости. А еще не помешает почитать старые газеты, где упоминается о Темном лорде и его сторонниках. Может удастся что-то узнать насчет происходящего с ним. Помимо этого, Гарри решил завести дневник, чтобы записывать все, что он будет делать. Все поступки, слова и даже мысли. Это было нужно для того, чтобы отследить пробелы в памяти, и понять их причины, и последствия. Всплески сил или сильные эмоции влекут за собой происходящее.

Дневник. Поттер, в который раз выругал себя за беспечность. Он в десятый раз прокручивал в памяти рассказ Тео и пришел к выводу, что именно с дневника все началось. С помощью этой чертовой вещицы, Волан-де-Морт смог завладеть его телом. Каким же Поттер был дурачком, когда притащил в свою комнату дневник Реддла. Следовало сразу понять, что с ним что-то не так. Он ведь чувствовал это, но не придал значения. Магия странно реагировала на дневник, словно предупреждала об опасности. Но нет, он сходу влетел в ловушку Волан-де-Морта. Молодец… Кто после этого назовет его слизеринцем. Типичный гриффиндорец, со всех их храбростью, граничащую с тупостью и наивностью.

Брюнет тяжело вздохнул. Содеянного не воротишь, остаётся лишь выкарабкиваться с этой засады, желательно с меньшими потерями.

Мысли перетекли на разговор с матерью. Лили рассказала ему о нападении на Джеймса и что тот сейчас находится в Мунго. Конечно, сочувствия к родителям Гарри не испытывал, а наоборот мысленно позлорадствовал. Но настораживало его отсутствие информации. Лили ничего толком не говорила, ни о нападении, ни о самих нападавших. Да даже о состоянии Джеймса Поттера и то кратко. Но по ее затравленному виду, красным глазам и черным кругам под ними, не сложно было понять, что дела плохи. Слизеринец жаждал подробностей, но его послали куда подальше с желаниями. Оставалось ждать и ломать голову в догадках.

Третьей странностью стало поведение Лиззи. Девчонка была сама на себя не похожа. Бледная, с красными глазами от слез и, хуже всего, одинокая. Она замкнулась в себе и ни с кем не говорила совершенно. Не отвечала на вопросы, игнорировала разговоры. Постоянное молчание. Гарри даже грешным делом подумал, что та онемела от пережитого шока. Но самое главное, она бежала от слизеринца как от чумы. Билась в странных припадках и рыдала. После очередного такого случая мать отправила ее погостить к Делакурам.

Это не могло ни настораживать брюнета. Слишком много происшествий за две недели, чтобы их списывать на случайность.

Время было слишком ранним, но Герою не спалось. Он уже час крутился в кровати, переворачиваясь с боку на бок, но сна не было. Плюнув на попытки уснуть, парень встал с постели, решив потратить появившееся время за чтением очередной книги. Он не переставал искать информацию об одержимости и одержимых. Пока тщетно. Библиотека Поттеров была ничтожной.