— Лили, мы дома! — прокричал мужчина, скидывая мантию. Сириус топтался позади, сонно зевая и пытаясь разгладить спутанные волосы. — Лили, — еще раз позвал мужчина. Он начал волноваться, поскольку супруга обычно встречала их после полнолуния, а сегодня ее не было.

После минуты поисков, Лили обнаружилась на кухне. Она сидела за столом и сжимала в руках чашку с чаем.

— Лилс, мы вернулись. И ужасно голодны.

— Ага, — промычал за спиной Сириус.

— Дорогая? — взволновался Поттер, видя, что жена не реагирует на его слова. Подойдя ближе, он коснулся ее плеча и почувствовал, как та вздрогнула под его пальцами.

— Джеймс, вы уже вернулись, — голос был хриплым и каким-то подавленным.

Мужчина тут же присел перед супругой на колени и вгляделся в ее глаза. Глаза — зеркало души, и они многое говорят о самом человеке. Глаза Лили говорили о том, что она не спала всю ночь, а еще о том, что ее что-то гложет.

— Лили, что-то случилось, — это не было вопросом, а утверждением. Сириус позади тоже подобрался.

— Ах, — с глаз рыжеволосой женщины вновь хлынули слезы.

— Говори же, не пугай меня, — Джеймс как мог прижал к себе любимую.

— Ремус, — выдохнула одно слово Лили.

— Э-э-э… Что с Лунатиком? — не понял Поттер. — Проблемы в Хогвартсе?

— Нет, — всхлип. — Ремуса больше нет, — шепот.

— Как нет? — не понял Джеймс.

— Гарри, — имя сына далось с трудом, — Гарри убил Ремуса.

— Лили, что ты говоришь такое? — вмешался Сириус, который тоже ничего не понимал. — Как «убил»? Это что, шутка такая? Так она не смешная.

— Это не шутка, — сквозь всхлипы проговорила женщина. — Вчера приходил Дамблдор… Он… Он все рассказал. Ремус напал на учеников, и Гарри защищался. Это… — Лили начала содрогаться в рыданиях и не смогла больше ничего сказать. Бессонная ночь и три выпитых успокоительных полностью ее подкосили.

— Я отправляюсь немедленно в Хогвартс, — заявил Блэк. Он был полон решимости. — Поговорю с Дамблдором и все у него узнаю.

— Я с тобой, — вскочил на ноги Поттер.

— Нет, — отрицательный жест головой. — Позаботься о жене. Я все узнаю и вернусь.

Блэку потребовалось двадцать минут, чтобы добраться до Хогвартса. Аппарировав к барьеру, он дальше пошел пешком. Хорошо хоть сейчас был учебный день и у учеников проходили уроки, поэтому его стремительного шаганию по коридорам никто, кроме кошки Филча, не видел. Оказавшись перед кабинетом директора, он в раздражении пнул ногой горгулью, только сейчас поняв, что не знает пароля.

— Открывай проход, чертова каменюка, — бурчал Блэк, пиная ни в чем не повинную статую. Но та даже не думала отодвигаться в сторону. И когда уже Сириус достал волшебную палочку, намереваясь разнести в клочья горгулью, в коридоре послышались торопливые шаги.

— Блэк, — прозвучал полный презрения голос Снейпа.

— Нюниус, — в свою очередь ответил Бродяга, — будь «добр», скажи мне пароль.

Снейп одарил Блэка ненавистным взглядом, а затем шагнул вперед.

— Лакричные палочки.

Каменная статуя пришла в движение и открыла проход на лестницу. Снейп шагнул внутрь. Блэк поспешил следом, сверля спину недруга злым взглядом.

В кабинете, кроме директора, никого не было. Сам старик сидел в своем кресле и задумчиво поглаживал феникса. Казалось, он даже не заметил, что к нему пришли гости.

— Кхе-кхе, — демонстративно прокашлялся Снейп.

— О, Северус, Сириус, — очнулся Дамблдор. — Я ждал вас.

Блэк вопросительно выгнул бровь и посмотрел на директора.

— Директор, Лили рассказала мне какую-то странную историю, — осторожно подбирая слова, проговорил Бродяга. Если честно, то он не поверил ни одному слову рыжеволосой женщины. Но не мог Лунатик умереть. Просто не мог. Он ведь в Хогвартсе, а Хогвартс — самое безопасное место. Видимо, Лили что-то не так поняла или напутала. Вот сейчас Дамблдор все ему объяснит, а затем можно и зайти к Ремусу и вместе посмеяться над казусом.

— Сириус, — Альбус тяжело вздохнул, — мальчик мой, я очень виноват перед тобой и Джеймсом. Я обещал, что позабочусь о Ремусе, но… Мне не удалось. Я очень виноват и мне нет прощения.

— Альбус, что вы говорите?

— Ремус не выпил аконитовое зелье, которое ему все это время варил Северус, — кивок на зельевара. — И произошло то, чего Ремус всегда боялся. Он не совладал со своим волком и напал на детей.

Блэк молчал. Выглядел он пришибленным и каким-то потерянным. Глубоко дышал, а по щекам текли слезы, которых он даже не ощущал. Реальность обрушилась на него тяжелым грузом, и потребовалось, несколько минут, чтобы осмыслить услышанное.

— Это ложь! — закричал Блэк. — Зачем, вы мне лжете, Дамблдор! — кричал мужчина, игнорируя все правила приличия. — Это ложь! Ложь!