Теперь, возвращаясь к твоему вопросу, солдат, хоть я не контрразведчик и не замполит, и ты знаешь строгое правило армии не распространять слухи. Но я полагаю, что на каких-то из немногих неофициальных переговоров, что мы вообще вели с противной стороной, Добрармия дала понять федеральному правительству Соединённых Штатов, что если произойдут какие-нибудь взрывы в детсадах и больницах или домах для престарелых, а средства массовой информации попытаются свалить это на нас, бесчеловечных белых расистов, то наш мораторий на атаки против гражданских пассажирских самолётов, аэропортов и воздушного движения в Штатах перестанет действовать. Мы начнём взрывать реактивные лайнеры на взлётно-посадочных полосах и в воздухе. В наших силах остановить внутреннее и международное воздушное сообщение Соединённых Штатов, и вы, ребята, может быть, удивляетесь, почему мы никогда не использовали такую возможность. Именно поэтому. Пока этот неписаный договор на запрет провокаций в стиле ЦРУ в обмен на ненападение на авиакомпании и аэропорты, соблюдается. Ни один президент США в здравом уме не захочет перекрыть всё воздушное движение в нашей стране. Ладно, вернёмся к нашей сегодняшней теме.

Добрармия использует взрывчатку в трёх основных случаях. Во-первых, когда имеется экономическая, стратегическая или пропагандистская цель, которая должна быть физически уничтожена, иногда громко и наглядно, для предостережения. Это может быть завод или бизнес, принадлежащий евреям и не прекративший нанимать нелегалов из третьего мира, или какое-то предприятие, поставляющее товары или услуги врагу. Бар или ресторан, которые отказываются ввести запрет на обслуживание военных, федералов или небелых. Административное здание или другое сооружение, используемое разными нашими врагами, а нам нужно помешать им и уничтожить оборудование. В общем, понятно.

Второй случай, это использованием бомб против вражеской брони и укреплений. Например, когда мы перебрасываем эти примитивные ракеты и мины через стены Бремера и колючую проволоку, чтобы «поцеловать папочку». Тогда вступает в дело старое доброе СВУ, то есть самодельное взрывное устройство, иначе известное как «Багдадский салют».

Я, как и некоторые другие ребята-ветераны в Добрармии, имеем необычный опыт и знаем СВУ обеих сторон, нашей и мусульманской, так что мы довели такие «салюты» до уровня искусства. Применяя СВУ, мы делаем передвижения войск противника опасными, трудно планируемыми и выполняемыми, а в некоторых районах Северо-Запада нам более или менее удалось выдавить полицию и войска с шоссе, заставив их полностью пересесть на вертолёты. Если нам когда-нибудь удастся заполучить переносные зенитные ракеты или какие-нибудь другие способы сбивать этих «птичек», то дядя Слим окажется глубоко в дерьме. Я предполагаю, что некоторые из вас, ребята, уже знакомы с третьим способом применения взрывчатки Добрармией. Кто знает?

Аннет подняла руку.

— Боже, я чувствую себя учителем в школе с маленькими детьми, — усмехнулся Паскарелла. — Хотя, думаю, я и есть учитель. Ладно, девочка в переднем и единственном ряду.

— Мины-ловушки! — выпалила Аннет.

— Ты угадала, — подтвердил Паскарелла. — Всякий раз, когда это физически возможно, Добрармия обязательно оставляет мины-ловушки на месте операции перед отходом, в любых транспортных средствах или других возможных ёмкостях, на трупах врагов и так далее, и тому подобное. Это страшно мешает полиции и федералам: иногда они целый день ищут и обезвреживают мины-ловушки, и у вас, ребята, появляется целый день, чтобы замести следы. Не говоря уже о потерях убитыми и ранеными у врагов, даже самых осторожных, которые по-прежнему наносят ловушки.

Самые распространённые мины-ловушки это самодельные бомбы из труб, набитых чёрным порохом, или гранаты с длинной ручкой и с натяжной проволокой или подпружиненным детонатором, но я слышал про всё, начиная со скрытых ружей до медвежьих капканов, дверных ручек, подключённых проводами к электричеству, до отравленного пива или изощрённых смесей в унитазах, которые при использовании реагируют с аммиаком в моче и отрывают важные части тела у федеральных служащих.

— Наша команда оторвала ниггеру голову зарядом, который мы оставили в сортире с закрытым сиденьем, — похвастал Джейсон.

Паскарелла усмехнулся.

— Ну, теперь о практической стороне сборки и подрыве взрывных устройств. Каждое взрывное устройство состоит из трёх основных частей. Это — основной заряд: динамит, «Семтекс» или то, что обеспечит главный взрыв. Затем гораздо меньший заряд-взрыватель, обычно промышленная петарда, вроде этой, — и он поднял небольшую медную трубку размером с карандаш.

— Он называется капсюль-детонатор, и имеется много их разновидностей — с порошком, полностью электрических, с вольфрамовой нитью, как у лампочки и т. д. Капсюль-детонатор можно также изготовить самим из химического или жидкого нитрогеля в бутылке, коктейля Молотова или чего-нибудь подобного. Прекрасно срабатывает один обычный китайский фейерверк вместе с шашкой динамита или тротила. Капсюль взрывается и таким образом подрывает главный заряд.

И третья часть — это система воспламенения или детонации для подрыва капсюля-детонатора, которой может служить простая дорожка из чёрного пороха или горящий фитиль, как в старых фильмах, но обычно это устройство с батарейкой или подобным источником электричества, которое посылает электрическую искру в капсюль-детонатор и подрывает его, а уже от него детонирует главный заряд. Ключ к тому, чтобы разнесло в клочья врага, а не вас самих, прост: держите эти три части разъединёнными до последней возможности.

Существуют три вида детонационных процессов, с некоторыми вариациями. Первый: взрыв в расчётное время. Это может быть ваш обычный старый будильник с батарейкой или что-то более сложное и цифровое. Расчётный взрыв, когда устройство устанавливается на подрыв через определённое время, скажем, через пять минут, или устанавливается на взрыв в определённый момент времени, скажем, в 3:15 вечера, когда по вашим расчётам цель будет находиться в пределах досягаемости.

— Метафора бомбы замедленного действия, — вырвалось у Аннет.