— Что такое «метафора»? — спросила Кики.

— Извини, некоторые словечки из школы осели в моей голове, — виновато проговорила Аннет.

Она была в восторге от Кики после битвы на Фландерс-стрит. Кики была старше Аннет, по слухам, проститутка, с татуировками, у неё был ребёнок, и она сидела в тюрьме. Богатой девочке Аннет это казалось неотразимым шиком неблагополучной судьбы, этаким странным снобизмом наоборот, иногда встречавшимся у добровольцев из высших слоёв общества.

Паскарелла не обратил на них внимания.

— Ещё есть дистанционный взрыв, что означает, что вам понадобится свой подрывник или, по крайней мере, наблюдатель в районе, где была заложена бомба, и вы должны выждать, пока конвой противника, бронетранспортёр, бронированный лимузин или другое транспортное средство окажется над СВУ, чтобы его взорвать. Мы считаем, что микросхемы и батареи мобильных телефонов отлично подходят для этой цели. Вы вводите номер телефона для быстрого набора, и как только подключите аккумулятор и плату к капсюлю-детонатору через несколько проводов и зажимов, всё, что от вас потребуется, это нажать номер быстрого набора, и — бабах! Этому научили нас иракцы. Обычно мы расстреливали их, если ловили с мобильным телефоном вблизи взрыва какого-нибудь СВУ. Только молите Бога, чтобы какой-нибудь телепродавец не позвонил вам, предлагая путёвку на горнолыжный курорт как раз, когда вы подсоединяете зажимы.

— Это уже случалось? — поинтересовалась Кики.

— Нет, никого ещё не убило, но время от времени СВУ без видимой причины взрываются преждевременно, и вполне может быть из-за какого-нибудь «мусорного звонка». Проклятые рекламщики! — в сердцах воскликнул Паскарелла. — Третий тип системы детонации — по проводу, кабелю, или электрическому проводу, подключённому к батарее с поршнем, или по настоящему военному запальному шнуру, но мы редко его используем.

Паскарелла стал очень серьёзным.

— Теперь, дети, простите, товарищи, слушайте внимательно, потому что это важно. Безопасность. То, что образно называют «несчастным случаем на работе», со взрывчаткой происходит в одном из двух случаев.

Во-первых, вы случайно подрываете капсюль-детонатор, когда он вставляется или соединяется с основным зарядом, потому что каким-то образом создаёте короткое замыкание, и от батареи устройства запала проскакивает искра. Это основная причина, почему вы должны держать свою систему запала отсоединённой или отключённой до самой последней минуты, пока заряд не окажется на месте, а враг — над ним, по возможности.

Есть также ряд мер безопасности, которые мы используем в устройствах дистанционного управления, такие как выключение телефонов, которые будут использоваться для подрыва заряда, и физическое извлечение батареи для надёжности. Ни в коем случае, никогда не вставляйте капсюль-детонатор в заряд, который подсоединён к устройству запала любой проволокой или взрывателем. Сначала нужно вставить капсюль-детонатор, отсоединить провод, подключить систему запала, потом вставить батарею обратно и поставить систему запала в боевое положение, когда вы находитесь на безопасном расстоянии, а не когда ещё смотрите на заряд на своём переднем сиденье.

Вторая причина преждевременной детонации — когда сам главный заряд становится неустойчивым и воспламеняется от жары или давления или статического электричества. Это одна из причин, почему, за одним исключением, портлендское подразделение взрывотехников всегда старается использовать заводскую коммерческую или военную взрывчатку. Но не это странное варево, которое парни O.C. Оглви и некоторые другие наши чудаковатые товарищи любят готовить в ванной какого-нибудь дома-прицепа.

Самый серьёзный из всех несчастных случаев со взрывчаткой в Добрармии произошёл в Портленде, когда два хороших товарища, добровольцы Владко Кирилов и Пол Штрассер, работали с самодельным гелигнитом, и, насколько можно понять, чёртов материал стал нестабильным, и нитроглицерин начал выпотевать. Оба погибли. Никогда не забывайте, ребята, что этот материал смертельно опасен, и за легкомысленное обращение с ним вы можете поплатиться своей жизнью а, возможно, и жизнью товарища.

— Что за взрывчатку используют в Добрармии? — спросил Джейсон.

— Наиболее распространённые взрывчатые вещества, доступные для подразделений взрывотехников Добрармии по всей Родине, это добрый старый динамит, тол и чёрный порох, — пояснил Паскарелла. — Динамита и тола по-прежнему, как грязи. Они необходимы в строительстве, при сносе зданий в городах помимо того рода, что проделываем мы, и в горнодобывающей промышленности.

Федеральное правительство не может запретить эти сорта взрывчатки или контролировать их: слишком велика потребность в них в отраслях промышленности, которые приносят деньги бездушным людям в деловых костюмах. Создана специальная группа подразделения взрывников, которая ездит по всем США, устраивает кражи и налёты на горные предприятия и строительные площадки и вывозит специальным транспортом десятки контейнеров с динамитом и толом. Единственное исключение, которое я только что упомянул, относится к нашему собственному производству больших объёмов чёрного пороха на нескольких тайных пороховых заводах, простых и достаточно безопасных, если только какой-нибудь дурачок не закурит там сигарету.

Самый эффективный состав пороха это 10 % серы, 75 % нитрата натрия и 15 % древесного угля, хотя есть и другие составы. Всё тщательно перемешивается и получается то, что Шекспир называет «злодейской селитрой», с помощью которой наши предки отвоевали весь мир у индейцев и зулусов. Кстати, всегда следует убедиться, что любой чёрный порох, который вы используете, изготовлен и одобрен подразделением взрывотехников. Некоторое время назад ребята из Юджина сами сделали порох с хлоратом калия вместо нитрата натрия, чтобы придать ему большую взрывную мощность, что было несусветной глупостью. Хлорат калия чертовски неустойчив. Этот хлорат взрывается, стоит сесть на него мухе, и одному из этих химиков-ботанов оторвало два пальца руки. Ему ещё повезло, что не голову.